Вылет утром в сопровождении его людей и Аркаши, который останется со мной, пока все не будет стабилизированно. Сан-Франциско, Кремниевая долина, через неделю познакомлюсь с его другом, по типу Адиля и Мироныча, он там имеет компанию по разработке приложений и сервисов, работы много и она интересная. Все будет нормально и…
— Костя, не надо, пожалуйста. — Протянула руку и сжала своими ледяными пальцами его ледяные, заставив оборваться на полуслове.
Сжал мои пальцы до боли. Несмело повернула голову, вглядываясь в его бледный до болезненности профиль.
Он прикрыл глаза дрогнувшими ресницами.
— Я очень тебя люблю. — Тихо прошептал, все так же не открывая глаз и разворачиваясь ко мне на стуле, потянул на себя. Прижался сжатыми губами ко лбу. — Очень. Поэтому мы никогда больше не встретимся.
— Костя, не бросай меня, — скулежом в его плечо, вцепляясь в него, вжимаясь до боли, но ту боль, что за грудиной, это никак не могло унять, — пожалуйста, не надо…
— Никогда не брошу. — Сокровенной клятвой мне в губы, касаясь их несмело и вновь прижимая к себе, и его голос глух, так бесконечно, просто нечеловечески морально измотан, с эхом боли, сжирающей его изнутри, — мне завтра перед матерью на колени вставать.
Перед матерями. Если еще и перед твоей когда-нибудь … Женя, я не смогу. Я так не смогу.
Самый горький поцелуй в моей жизни. Самый болезненный, потому что резко отстранился и встал. Только сделал шаг по направлению к двери, сказав, что Аркаша с охраной уже поднимаются, и я тихо прошептала то, в чем убедилась сегодня утром:
— Кость, я беременна.
Замер. Покачнуло. Присел на корточки, стискивая голову. Но не обернулся. Секунда, рваный выдох у обоих в унисон и резко встал, сказав так деланно, так фальшиво ровно:
— Сына назови Кириллом.
— А если будет дочь? — улыбаясь сквозь слезы, смотрела как обувается, как не смеет поднять взгляда, а в глазах и в дрожащих пальцах то, как проклинает себя.
— Будет сын. — Голос дрогнул, взгляд было поднялся, но все же не посмел.
Хлопок двери под мой сдавленный стон.
Он ошибся. Через несколько месяцев он касался губами лба Любови. С его отчеством, но не его фамилией. И лишь через три года осторожно прижимал к себе Кирилла.
Кот был прав — он был набегами. Краткими. Пиздец, какими краткими.
И Катя была права — это стоило всего."
"Абсолютно всего.
Март-май 2020
КонецОпубликовано: Цокольный этаж, на котором есть книги: https://t.me/groundfloor. Ищущий да обрящет!"
