Удар у пацана не сильный, силы в наших кулаках пока нет, но бил Димка от души.
Яника повело в сторону, а тут и Мишка добежал. Он из нас был самый рослый, и ему хватило размаха ног, чтобы пнуть согнувшегося Яника прямо в нос. Удачно попал. Глаза у подростка закатились, и он рухнул нам под ноги. Мы еще попинали его для острастки, после чего дали деру из переулка.
Домой возвращались мы гоголями, гордо смотря по сторонам.
— Пусть только еще раз сунется — так напинаем, мамка родная не узнает! — вальяжно заявлял Димка.
— Как бы он нам не напинал, — попытался быть голосом разума осторожный Ванька. — Хотя да, просто так уже не сунется. Вот уж мы ему!
Радость наша длилась ровно до вечера, пока не вернулись с работы родители.
Уж не знаю, что и когда рассказал Яник своему отцу, но всю нашу компанию собрали в бараке для показательной порки.
— Ну, Сергуня, — покачал головой мрачный отец, — не ожидал.
Вокруг собрались все жители нашего барака. Наша четверка стояла в центре с понурыми лицами. Пожалуй, лишь я выделялся, с гордым и независимым видом смотря прямо в лица взрослых.
Рядом с моим отцом стоял отец Яника — Валентин Казимирович. Инженер нашего завода и начальник цеха по сборке самолетов. За его спиной с огромной нашлепкой на сломанном носу зыркал в нашу сторону сам Яник.
— Мало порешь его, Федька, — заявил дед Демьян, смоля самокрутку. — Ишь чего удумали — на старших руку поднимать!
— Еще и хулу возводит на честных людей, — поддакнула ему вдова Фроська. — Яника белым называл, помните?
Взрослые тут же стали припоминать все мои «грехи» и грешки моих товарищей.
Отец с каждым словом становился лишь мрачнее и уже потянулся за ремнем. Я понял, что если ничего не скажу в свою защиту — быть мне прилюдно поротым. Вон, мои товарищи похоже даже смирились с этим. Ванька уже и к штанам потянулся, чтобы их стянуть. Мишка насупился и сжал кулаки. Димка смотрел в пол, не решаясь поднять взгляда.
— А за что я должен его уважать? — вклинился мой голос в людской гомон."
"На меня тут же посмотрел так, словно перед ними немой заговорил.
Как же! Пацан смеет что-то возражать! Отец еще быстрее потянулся к ремню, но меня уже было не остановить.
— Он же татем растет! Вы хоть спрашивали, как он в том переулке оказался? Да он у Димки значок хотел забрать! Между прочим — не простой, а с красной звездой, которую ему дядька дал, когда проездом в городе был. Со своей пилотки лично снял и Димке вручил. А Яник забрать себе решил!
Вот тут уже все посмотрели на Яника.
