Чтобы окончательно убрать из мозгов засевшую фобию, я сосредоточился на работе нашего пионерского отряда.
Вообще когда я только стал пионером, то не сразу понял, чем именно должен теперь заниматься. «Законы», написанные на листке, больше походили на список желаемых качеств участника движения. А что делать то я был должен? Когда напрямую спросил об этом в первый раз Надежду Константиновну, то она мне заявила, что я и другие пионеры должны обо всем докладывать старшим. Не закрывать глаза на нарушения законов советской власти, даже если это делают самые близкие и родные люди.
Это что получается? Надежда Константиновна видит в пионерах — стукачей? Или как иначе понимать ее слова? А вот я с родными Новый год отмечаю — это ведь тоже нарушение советского закона. Мне на самого себя теперь донос нести? Не-е-т, товарищ Крупская, этот номер здесь не пройдет. Но естественно в лицо я ей этого не сказал.
В остальном же пионер по мнению Крупской должен стать опорой власти среди детской среды, ее ушами, глазами и контролирующим органом.
И быть пионером у детей должно быть почетно, чтобы они сами стремились вступить в ряды движения и боялись исключения. Это если я правильно понял «хотелки» Надежды Константиновны. Ну, хотеть она может что угодно, а я собирался сделать из тех ребят, что окружали меня, что-то вроде тимуровской команды. Как-то в прошлой жизни отец рассказывал мне об этих ребятах. Тоже пионеры, но занимались не стукачеством, а реальной помощью людям.
Пожилым по хозяйству помогали, экологические отряды устраивали по очистке окружающей среды от мусора, вели здоровый образ жизни и тому подобное. Именно это наш отряд под моим ненавязчивым руководством и делал. Надежда Константиновна наблюдала и особо не вмешивалась, хотя стукачеством из нас никто не занимался. Пока видно присматривалась, а что уж она потом скажет, покажет лишь время.
Время летело. Незаметно наступил апрель, и я впервые в газете наткнулся на упоминание Иосифа Сталина.
В статье рассказывалось, что Пленум ЦК Российской Коммунистической Партии (б) постановил учредить должность генерального секретаря партии и назначить на нее товарища И. Сталина. Ниже описывалось, что эта должность нужна лишь для организации удобства работы партии, чтобы ликвидировать неразбериху и упорядочить принимаемые партией решения. Ага, благами намерениями… то-то «обычный» секретарь вскоре станет главой государства.
