Миша не стал объяснять, что это оператор-постановщик, довольно важная персона на площадке. За глаза он звал оператора «гламурное кисо». Кисо знало свое дело отлично, но помимо специальности разбиралось, похоже, только в шмотках да сортах парфюма и могло довести консультанта до белого каления, задавая на разные лады один-единственый вопрос: «А почему?» Что самое обидное — все объяснения мигом вылетали у постановщика в другое ухо и на картинку практически не влияли. Миша устал от него и был бы рад посмотреть, как тот, со всей своей детской непосредственностью, сядет в лужу.
Сообразив, что человеку действительно интересно, а Миша никак не реагирует — типа, сами разбирайтесь, — «актеры» повели себя любезно.
— На, попробуй! — сказали они. — Примерь!
Клиент и моргнуть не успел, как на него напялили самый тяжелый броник, не отказав себе в удовольствии утянуть жилет по всем правилам — с ноги. На голову нахлобучили шлем и опустили забрало.
Оператор заметно уменьшился в росте. Голову в шлеме он сумел повернуть, только когда помог ей руками.
— А скажите, — донеслось из-за забрала, — жилет крепкий?
— Ну… Мы пока не жаловались.
— А он что, пулю держит?
— Он вообще-то бронежилетом называется, для того и предназначен, — бойцы начали потихоньку закипать. Они уже жалели, что связались с этим типом. — Хотя, конечно, смотря какая пуля и с какой дистанции…
— А шлем? Он тоже пулю держит?
— Есть такая надежда, — сообщили любопытному уже совсем хмуро.
— А что вы чувствуете, когда пуля в шлем попадает? Это сильно? — не унимался оператор.
Бойцы переглянулись. Кто-то снова посмотрел на Мишу, но тот упорно молчал и вообще старался не поднимать глаз. Только губу закусил, чтобы не заржать в неподходящий момент.
— Попробовать хочешь? — спросили оператора доверительным тоном, будто предлагали нечто запретное.
— Что, пулей?!
— Е-мое… Мы чего, на идиотов так похожи?! Нет, не пулей, но кое-какое представление у тебя будет.
Почти стопроцентная имитация…
— Хочу!
БАЦ!
Это в шлем прилетел приклад, не сильно, но убедительно. Оператора срубило наземь как подкошенного, вот он стоял — и вот уже отдыхает. Бойцы сгрудились над телом. Настала их очередь любопытствовать.
Секунд через десять тело легонько зашевелилось и из-под шлема слабо донеслось:
— Да-а, впечатляет…
Бойцы гордо расправили плечи.
