Зоргар, плавно качаясь из стороны в сторону, скользил по практически пустым дорогам. Город спал, погрузившись в безмолвие. По обочинам в тени у самых стен то тут, то там сидели бездомные. Шатаясь и периодически падая на четвереньки, двигались изрядно выпившие местные жители, видимо, пытаясь доползти домой. Женщины, практически обнаженные, стайками скапливаясь на перекрестках в более или менее освещенных местах, не стесняясь, демонстрировали свои порою крайне сомнительные прелести, не скрываемые ничем. Вид у доступных дам был какой-то потрепанный и потасканный.
– Неужели кто-то пользуется их услугами? – не выдержав, спросила я.
– Да, иначе бы не стояли здесь, – отозвался Далам.
– Но у них же такой жуткий вид, а вон та, – я указала пальцем на женщину под одиноким фонарем, облаченную в одну какую-то узенькую юбку, – она, вообще, с синяком под глазом.
– Хм, так клиент и поставил, – отмахнулся Далам.
– И все равно, не нормально все это, – буркнула я, разглядывая проституток.
– Это реалии всех портовых торговых городов, Астра.
Сюда женщины прилетают с надеждой на красивую жизнь, а становятся проститутками с перекрестка. Моя мать отсюда родом и я родился здесь, – неожиданно разоткровенничался Далам. – В восемь лет меня подобрали с улицы службы опеки и забрали в приют. Мать я больше не видел, она не навестила меня ни разу. Учился я хорошо, как сироту по специальной программе меня отправили на инженерные курсы. Отсюда, из этого самого порта Магуль’яш, я нанялся на первый свой корабль.
С тех пор и летаю.
– А мама твоя? – все, что сказал Далам, не могло уместиться в моей голове. Такой воспитанный и обаятельный мужчина сакали, и вдруг сын продажной уличной женщины.
– Умерла спустя два года, как меня у нее изъяли. Убил один из клиентов. Эти женщины знают, чем занимаются, у них есть выбор. В городе полно работы с такой же оплатой. Но они выбирают легкий путь в надежде приглянуться богатому клиенту. А кто-то просто из лени. Это только их выбор и их решение.
Далам замолчал.
Мы продолжали лететь. Я обдумывала услышанное. Ведь выросла я в самом неблагополучном секторе Солнечной системы. Хуже были лишь закрытые станции-поселения, где обитали заключенные. Но у нас никогда такого не было. Не водилось у нас ни шлюх, ни бездомных. Все работали и заботились о своих семьях. У каждого был свой пусть и скромный, сваренный из металлических листов, но все же дом. Да, мужчины пили, и не раз я видела, как сосед избивает свою жену.
