И уже неважно было, что я спасала сестру, ведь это именно из-за меня мы, вообще, там оказались. Я ослушалась маму и папу, которые велели сидеть мне дома, и потащила маленькую сестричку за собой, поставив какие-то железки и мусор выше ее безопасности.
– Вы заразились тогда, тебя где-то лечили? Мы даже и не предполагали, что хроны добрались и до вашей системы. Об этом необходимо сообщить. Почему ваши военные ведомства молчат. Прости меня за грубость, Астра. Это страшно осознавать свое бессилие. Не злись на меня, я не знал, что у тебя иммунитет, – его голос звучал ровно, безэмоционально.
Зажмурив на мгновение глаза, я решила рассказать все. А дальше пусть сам решает, как ко мне относиться.
– Нет, меня нигде не лечили. Врачей родители не вызвали. Если бы нас увезли, уже не вернули бы, были случаи, и об этом все знают. Папа отправил маму и девочек к соседям, а сам остался с нами. Он с ружьем сидел и плакал, когда я очнулась. Потом и Лиля перестала стонать и бредить. Вот только если я иммунитет приобрела, то сестричка моя еще и инвалидом стала.
Мышцы на ногах сильно пострадали, и из-за заразы восстановиться не смогли. Папа тогда нас пристрелить был готов, если мутируем. Никогда до этого и после не видела, чтобы он плакал. Мой папа очень сильный мужчина. Смелый, а тогда плакал как ребенок. Мне после выздоровления ничего не сказали, не отругали за то, что сестру с собой потащила, даже словом не обмолвились о моей вине.
– Значит, ты действительно способна сопротивляться заразе? – тихо шепнул мой муж.
От тона Лэксара мне стало немножечко легче, хотя моя уверенность в себе таяла с каждой минутой.
А, может, вся эта история с хроном – это расплата мне за то, что стала виновницей инвалидности сестры. Может, кто-то там, в глубинах Космоса, какие-то высшие силы теперь требуют с меня расплату за содеянное. Наверное, так оно и есть.
– Астра, откуда такая уверенность в том, что у тебя иммунитет?
– О том, что у меня иммунитет моему папе по большому секрету сказал доктор с Земли, после планового ежегодного осмотра, он пришел к нам домой, отдал результаты папе и взял кровь у Петунии, подменив ею нашу.
С тех пор, у нас с Лилией запрет на сдачу крови для иммунологического обследования. Вот и вся история, Лэксар, – я неуверенно взглянула на него. – Ну, есть такое в твоем досье на меня?
– Нет такой информации, – четко произнес он. – Мне нужна твоя кровь на анализ, позже у тебя ее возьмет Нум.
– Бери все что хочешь, – проворчала я недовольно.
Лэксар ничего не ответил.
