Опустошающее состояние, когда даже малейшее движение, да что там, сама мысль, что нужно будет совершить это движение, болезненно отражалась в мозгу.
– Проснулась, малышка, – негромко, словно щадя мою больную голову, прошептал Лэксар.
О, какие метаморфозы в его поведении. Похоже кого-то «отпустило».
– Я снова не Астра, а малышка? Это радует. Прости меня за те психи, Лэксар, не знаю, что в меня вселилось, – прошептала я сухими потрескавшимися губами.
– Ты всегда будешь моей малышкой, даже в моменты полнейшей ярости.
Вид у тебя болезненный, я позову Нума, – он привстал и, нежно коснувшись моего плеча губами, потянулся за браслетом с аркором."
"Я не вслушивалась в то, о чем он там говорит со своим братом, и даже мысль, что сейчас придет дар Орш Соод и увидит меня в нижнем белье, не беспокоила. Мне плохо, и я не встану одеваться, даже если сюда вся команда во главе с капитаном заявится. Пить хотелось очень, но вот проделать путь от каюты к столовой, я бы не смогла даже за последние капли влаги на этом корабле.
В общем, мне было плохо как никогда.
Нум пришел очень быстро, Лэксар к тому времени успел только одеться. Краткий осмотр принес мне массу дискомфорта. В мои глаза зачем-то светили фонариком, били меня ребром ладони по коленям и локтям и вытворяли прочие зверства, не давая спокойно полежать. Минут через пять, вспомнив все крепкие выраженьица мужиков с родной планеты, я была готова послать Нума туда, откуда явился, но он уже закончил.
Потом мужчины ругались.
Ну как, ругались… Они шепотом так, чтобы я не слышала, рычали друг на друга. При этом Нум явно брал верх, блондин так душевно скалился и полыхал гневом, что мне даже полегчало. Все же красивый мужчина и внешне, и душа у него под стать. Серьезный, ответственный. И наверняка, устраивать сцены, подобно Лэксару, не станет. Хотя кого я обманываю, даже сейчас сквозь пережитую обиду и злость, мое сердце начинало учащенно биться, стоило мне взглянуть на моего мужчину.
Вот, правильно гласит древняя поговорка землян: «Любовь зла, полюбишь и… орша».
А ссора, похоже, набирала обороты, и шипение братьев становилось все громче, как-то неприятно отзываясь в голове.
– Нум, Лэксар, хватит рычать, просто врежьте друг другу и, пожалуйста, затихните. У меня от вас звон в голове, – грубо пошутила я.
Да, невежливо! Да, грубо и невоспитанно. Но это меня сейчас не волновало. Мне чудовищно плохо, а значит, мне все простительно.
