Учуй он меня, вас бы убили мгновенно, а после убрались оттуда и следов бы не оставили. Именно этого я и боялся, что почувствуют меня, а не брата."
"Я внимательно следила за тем, что он мне говорит и отчетливо понимала, что пережила его мама. В каком ужасе были его дед и бабушка, когда им вернули дочь, которая носила в себе потомство от этих монстров. Но как же они любили свою девочку, что не просто не избавились от полукровок, рожденных от хронов, а еще и сделали их сильнее. И их тетя кормила грудью племянников, зная кто они.
А смогла ли я? Закрыв глаза, представила, что держу на руках сынишек Петунии или Лилии и знаю, что их отец монстр с огромной пастью, мерзкий и воняющий падалью, но они мальчики моей сестры. Да смогла бы, да не бросила. Защищала бы как своих.
— Твоя мама она жива? — тихо прошептала я вопрос, глядя ему в глаза.
— Да, живет с дедом и бабушкой. Выкуп за мать оставил семью ни с чем, практически в нищете. Бабушка бросила службу, чтобы быть все время с ней, а ученые никогда много не получали, даже такие талантливые как дед.
Поэтому мы с братьями здесь. И дома у меня прости, но пока нет. Я не думал никогда, что вот так в космосе найду ту, которой надену свое кольцо и что стану янном первым из всех. С моим-то лицом! Не понимаю, почему ты смотрела только на меня. Братья красивее и характер у них более мягкий. Но улыбалась ты мне. От этого кровь закипает, от понимания, что ты сама выбрала именно меня!
Его губы впились в мои.
Сладкий и в то же время агрессивный поцелуй. Утверждающий права владения, словно клеймил. От его ласк я млела, но в голове роились столько вопросов, что стоило ему оторваться от меня, как я тут же озвучила один из них.
— Братья, то есть Кирроси не один?
— То есть вопросы, где мы будем жить, на что я буду тебя содержать, тебя не интересуют?
— Мелочи — отмахнулась я, — я в тебя верю, придумаешь что-нибудь. А кто остальные братья?
Лэксар счастливо улыбался.
— Землянка, что у тебя в голове творится.
Я ей тут объясняю, что пока не богат. Что кровь во мне хрона. Что сила у меня в разы больше, чем у хозяина логова. А тебя волнуют мои братья? — он приподнял бровь — И больше ничего?
— Ну почему ничего? Интересует, конечно, — потом подумала. — Хотя нет, не интересует больше пока ничего.
— Ты неповторима, малышка. Моя маленькая наивная девочка. Ну, хорошо. Моя тетя одним за другим родила Маэра потом Лукэра.
