Беспокоила не только рука, но и бок и спина. Словно не тело, а сплошная гематома.
— Оставайся здесь, Кирроси. Сейчас вернусь, и избавимся от мусора.
Меня понесли. Но ожидаемого удовольствия я не получила. Ощущала только нарастающую боль.
— Все хорошо, земляночка. Что же ты нежная такая и маленькая. Даже нести страшно, кажется, что раздавлю, — проворковали надо мной.
Я вымучено улыбнулась.
— Не раздавите, — успокоила я его. Наверное, он действительно переживает, раз стал обращаться ко мне на личное «ты».
Хотя это приятно.
Нум дар Орш Соод оказался очень внимательным и даже дотошным врачом. Осмотрев руку, он дважды просветил ее на рентгене и тщательно зафиксировал эластичными бинтами, которые тут же затвердели, полностью обездвиживая руку. После меня проверили на вирусные заболевания. Сердце, легкие, почти, печень кровь — док просканировал все. Методично занося информацию, он качал головой.
Если делать выводы по выражению лица дар Орш Соода, то жить мне оставалось не более суток.
В конце осмотра он даже языком поцокал. Спас меня как ни странно неугомонный непосредственный начальник. Влетев в кабинет, Шибу с довольной ухмылкой скользнул в мою сторону. И сочувственно глянул. Я уже хотела спросить его о судьбе напавших на меня, когда увидела на его красивой синей рубашке небольшое пятно крови. Явно не его крови.
— Вы их убили? — запинаясь, спросила я.
— Не, покалечили слегка, — легкомысленно щебетнул Шибу. — Но жить точно будут. Ну и что с рукой?
— Трещина и растяжение, — ответил за меня док, — повязку три дня не снимать.
— Оу, серьезней, чем я думал, крепко они тебя, и часто такое случалось? — спросил сакали.
— Бывало, — призналась я.
— Больше никто не обидит, но от работы тебя ничто не спасает, так и знай, — выдал мой начальник.
Я закивала головой, перевела взгляд на доктора и осеклась, он выглядел злым. Покрутившись, Шибу покинул кабинет. Я тоже стала собираться на выход
— И часто ваши мужчины позволяют себе поднимать руку на женщин? — этот вопрос дар Орш Соода застал врасплох.
— Смотря, какой мужчина, — а потом вспомнила свою соседку тетю Анию, которая, сколько я ее знала, ходила с синяками. — Есть много мужчин, дар Орш Соод, которые получают удовольствия, издеваясь над своими женами. Но мне повезло, мой папа нас всегда любил и ни разу руку не поднял. Ругал часто, но не бил.
— А в нашей системе за причинение вреда здоровью женщине приговор один, Астра, это смерть.
