Настя звала этого вечно недовольного циничного старика дядей просто по инерции. А он обычно не замечал ее.
Но не в этот раз. Сейчас прищуренные глаза старика скользили по ней с каким-то тайным смыслом. Он как будто примеривал на нее что-то.
Тем временем в комнату вошел еще один человек. Настя обратила внимание на то, что человек этот был в резиновых перчатках. Он поставил на столик у стены высокий стакан (она узнала посуду местного бара), наполовину наполненный какой-то жидкостью, по цвету было на коньяк похоже.
А потом подошел к лежавшему без чувств, осмотрел его и кивнул.
И накрыл простыней. С головой. С головой!
Трудно было не догадаться, что это означало.
И сразу внезапное движение и ропот в толпе мужчин, заполнивших массажную. Фомин оглянулся, состоялся какой-то немой разговор. А потом помещение очистилось, и он заговорил.
И чем больше говорил, тем больше Настя отказывалась верить в происходящее.
– Знаешь, кто это? – он небрежно указал на тело, прикрытое простыней.
– Понятия не имею.
Так оно и было в действительности. Откуда ей было знать, если тут соблюдалась анонимность?
Мужчина трескуче рассмеялся. И вдруг стал серьезным
– Ты же понимаешь, Анастасия, – он небрежно указал на тело, прикрытое простыней, – что за это кто-то должен ответить? А ты последняя, кто видел его живым.
И вдруг резко подался к ней:
– Что ты подлила ему в стакан? Отвечай!
– Я?! О чем вы говорите?! – заволновалась она. – Я вообще не понимаю, о чем вы!
– Да что ты? А у меня тут полно свидетелей, что это твоя работа.
Настя невольно задохнулась от нелепости обвинения.
– Дядя. Я этого не делала!
– Но ты этого не докажешь. Хочешь получить срок, девочка?
Она обомлела. И только смогла пробормотать:
– За что, дядя?
Злое выражение проскочило у него. Он заерзал на месте.
– Скажем так, мне от тебя нужно кое-что. Сделаешь, и мы все уладим. Думай. Но времени у тебя немного, ровно до того момента, как сюда приедет полиция. Я бы на твоем месте не стал его терять.
Это звучало так дико. Какая-то фантастика, дурацкий сон.
Боже… Что ему могло быть от нее нужно?! Что она вообще может?
Однако Настя собралась с силами и сумела выговорить:
– Что… Что мне нужно сделать?
– Вот это другой разговор. А сделать – всего ничего. Тебе надо влезть в доверие к одному человеку.
– За-зачем? – ее неконтролируемо трясло, зубы начали выбивать чечетку.
– Не перебивай! – рявкнул он, сбивая ее истерику.
