Лёгкий полумрак, тени от свечей на стенах, её вздохи и тело, трелещущее под моими руками, пьянили больше, чем лучшие вина мира. Музыка менялась, а я продолжал ласки, готовя свою красавицу к тому, что должно произойти.
Марианна, прикрыв глаза, слегка выгибалась, подставляя моим рукам все новые, ещё не обласканные мной участки тела. Когда мои губы спустились на подрагивающий нежный живот, она слегка застонала и вцепилась пальчиками в мои плечи. Выдохнула:
Это был не сон! Ты уже целовал меня так.
- Вот так? — спросил я, разводя её ножки и прижимаясь губами к шелковому, истекающему хрустальной влагой лону.
Провёл по нему языком, пальцами, и снова припал ртом к нежным складкам, слушая восхитительную музыку её стонов.
Пьянея от сводящего с ума прикосновения гладкой кожи, медленно провёл ладонями по бедрам бёдрам.
По очереди прикусил выступающие тазовые косточки и обвёл языком пупок. Мягко скользнул на лобок и придавил его ладонью. И снова вернулся к нежным губкам, лаская и ловя их сладкий сок.
Она растекалась под моими руками и губами, рвано дышала и выгибалась, и в какой-то момент согнула колени и широко их развела, словно приглашая меня пойти дальше. Выкрикнула:
- Пожалуйста... Я не могу больше, — застонала и забилась в сладких судорогах.
Ловя её наслаждение, я навис над ней, всматриваясь в запрокинутое лицо с прикрытыми тонкими веками глазами, в искажённый страстью рот, и хрипло позвал: - Посмотри на меня, Марианна.
Всё ещё во власти пережитого удовольствия, она с трудом приоткрыла глаза.
Слабо улыбнулась и позвала:
-Иди ко мне... - тонкие пальцы коснулись моей щеки невесомой лаской, снося все преграды.
Почти рыча, я приподнялся на руках и осторожно начал входить в узкое и тугое лоно. Входил и чуть отступал, осторожно продвигаясь вперёд, раздвигая её, помогая привыкнуть и принять мою силу. Лишь когда дошел до тонкой преграды, замер, больше всего желая пойти дальше и до боли боясь сделать ей больно.
Словно понимая мои колебания, Марианна обняла меня и потянула на себя.
- Мианн, я хочу этого.
С рычащим стоном я толкнулся вперёд, убирая последнее препятствие. Марианна тихо вскрикнула и замерла, приходя в себя, пока я целовал её лицо и шептал слова любви.
Лишь дав ей успокоиться, снова начал двигаться. Плавными движениями погружаясь в нежное тело и стараясь не сорваться в собственное блаженство. Неспешно и ритмично, дожидаясь, пока Марианна начнёт двигаться и дышать в унисон моим движениям.
