Контракт на невинность

Острые, как нож, безжалостно полосующий с каждым словом мою душу, — Каким ты меня представляла, когда я сказал, что буду трахать тебя за полмиллиона? Когда я сказал Городецкому, что пристрелю его за долги? Когда пришла ко мне под дулом пистолета Хазара? Ты типа думала, что это такая шутка или игра, или что? Что потом я сниму маску ублюдка и стану самым классным человеком в мире?

— Нет, но…

— Похоже, что да, — слышу я ядовитую усмешку, — поэтому ты пытаешься докопаться до моего прошлого.

Мне хочется встать и уйти. Рука Камиля покоится у меня на животе и когда я пытаюсь сесть — он насильно возвращает меня обратно.

— Отпусти, — рычу я. Мне удается выскользнуть, потому что мы оба мокрые и в пене, и несмотря на силу Камиля, я сбегаю на другой край ванны, подняв за собой волну. Забиваюсь в гору пены и мрачно смотрю на убийцу напротив. Ванна не такая уж и огромная, чтобы далеко сбежать — но все равно, его член хотя бы перестанет упираться мне в спину, — я правда не знала о тебе подробностей. Думала, что ты был наемным убийцей… ну и пристрелил пару депутатов.

— Пара депутатов тебя не смутила, да? — он криво усмехается, а я пожимаю плечом, — по твоему мнению, это какой-то особый вид людей. Окей, цыпа. Я теперь чуть больше знаю о твоей морали.

— И я о твоей. После того, что мне рассказали, я не хочу, чтобы ты меня трогал. Я пыталась найти в тебе хорошее, но теперь тебя побаиваюсь.

— Тебя никто и не спросит, прежде чем трогать. Я просто тебя изнасилую.

Я закрываю рот.

— Ты шутишь, — выдыхаю я спустя несколько секунд.

Пытаюсь найти иронию в его глазах — но там только непроглядная темнота, за которой сложно что-то разглядеть. Он может это сделать? Ну да, он может. У него хватит сил. Неужели он станет это делать?

— Не шучу, — коротко отвечает Камиль, не сводя с меня взгляда, — Ты трахаешь мне мозги. Я выебу в ответ тебя.

Он находит под водой мою лодыжку. Смыкает на ней пальцы и дергает на себя. Я ойкаю от неожиданности, но вместо того, чтобы проехать к нему на попе, почему-то мое тело теряет равновесие.

Я ухожу под воду, даже не успев набрать в легкие воздух, а из мира исчезают все звуки. Только порезанную руку успеваю чудом сберечь.

— Псих, — хриплю я, когда Камиль достает меня из-под воды, посадив на себя. Я откашливаюсь, вытираю рукой нос, который болит из-за того, что я нахлебалась пены. Камиль сжимает мою задницу пальцами так, удерживая на месте, словно я способна сейчас вырваться и снова сбежать, — пусти.

— Я собираюсь перейти к твоему изнасилованию.