Что я с ней сделаю? Встряхну ее? Дам ей пощечину? Я схватил ее за руки и, не раздумывая, припал к ее губам, заставив замолчать. Я целовал ее, крепко прижав к своему телу, и снова почувствовал странное тепло. Хотел наказать ее и заставить замолчать.
Вот только это было похоже не на наказание. А на наслаждение. Горячее, пульсирующее наслаждение.
Я со стоном оторвался от нее, моя грудь высоко вздымалась.
– Ты закончила? – прорычал я.
Она молча посмотрела на меня и кивнула.
– Пока ты снова не расхохоталась, я повторю свой вопрос: Кэтрин, ты выйдешь за меня замуж?
– Нет.
Я слегка встряхнул ее.
– Ты говорила, что выйдешь, если придется.
Она вздохнула и в очередной раз поразила меня своей реакцией. Она обхватила ладонями мое лицо и погладила по щеке.
– Тебе уже говорили, что ты чересчур порывистый, мой дорогой?
– Спонтанность всегда оказывала мне хорошую службу.
– Я бы назвала это вспыльчивостью, ну а ты зови как хочешь, лишь бы это позволяло тебе спокойно спать.
– Почему твой ответ «нет»?
– Ричард, не торопись, подумай.
Тщательно все обдумай. Если интуиция тебя не подводит и Грэм что-то подозревает, а ты женишься на мне прямо сейчас, это только усилит его подозрения, а не уменьшит их.
Я смотрел в ее голубые глаза и обдумывал ее слова. Я отступил назад, она опустила руки, и я с досадой осознал, что она права.
– Ну, блин.
– Я права. Ты же знаешь.
– Да, знаю.
– Прости, что ты сказал? – поддразнила она.
– Не испытывай удачу.
Она хитро улыбнулась, и мне пришло в голову, что она меня больше не боится.
Я не знал, хорошо это или плохо.
– Вернемся к этому вопросу позже, Кэтрин.
Она оттолкнулась от барной стойки и обошла вокруг меня.
– Позже, так позже. – Она подняла журналы и засунула их под мышку. – А пока мне нужно кое-что почитать. Хочу подыскать пару идей для своей комнаты.
Она было хотела уйти, но я удержал ее.
– Пока ты не углубилась в чтение, вызови старшего по дому. Что-то не так с дверью моей спальни.
Она остановилась и широко распахнула глаза.
– Да?
Я взял из вазы с фруктами яблоко и рассеянно потер его о рубашку.
– Я никогда плотно ее не закрываю, но, когда просыпаюсь утром, она открыта настежь. Даже не знаю, что с ней не так. Пусть ее починят.
– О, я…
Я нахмурился. Она вся покраснела, и это был не обычный румянец на щеках. Ее грудь и шея покрылись пятнами, а цвет лица стал почти багровым.
– Что?
– Твоя дверь не сломана, – выпалила она.
– Откуда ты знаешь?
– Потому что это я ее открываю.
Настала моя очередь испытать шок.
