Я на такой скорости и ""в дрова"" пилот экстракласса!
Присаживается на один из больших каменных шаров, стоящих по периметру стоянки.
- В прошлую субботу, в волонтёрском центре меня отправили помочь помыться одной девушке. Ее сбил на машине какой-то пьяный мажор, тоже экстракласса. Его отмазали, а она теперь навсегда инвалид. И не может даже сама помыться. Это был не ты?
Молча попинываю кроссовком бордюр.
Ладно, хер с тобой.
- Не я. Эй! - взмахиваю рукой, щёлкая пальцами. - Нам нужен трезвый водитель.
Еду домой на заднем сиденье, вместе с ней.
Отвернувшись, копошится в сумочке. Потом, смотрит в окно.
И я смотрю в окно с ее стороны. Не на ночной город, а на ее отражение. Переоделась в свои аквариумы.
Ой… и сразу лицо становится изуродованным маленькими поваленными вглубь глазами.
- Я хочу, чтобы ты их не носила.
- А я хочу посмотреть в окно и видеть.
- Что с красными не так?
- Они мне не по размеру. Я в них едва вижу. Такие как нужны мне - только под заказ.
- Ты заказала?
- Нет...
- Бестолочь.
.. Ладно. Завтра вместе съездим.
Охрана открывает нам ворота, водитель паркует тачку.
Софья Алексеевна сидит на веранде у декоративной газовой горелки в кресле. Читает какие-то бумаги. Рядом в пепельнице тлеет сигарета и стоит чашка кофе.
Пытаюсь пройти побыстрее мимо, но Лана чуть притормаживает.
- Добрый вечер, Софья Алексеевна.
Святая простота, блять.
- Что-то случилось? - смотрит на часы бабка, не поднимая на нас взгляда.
- А что не так? - на автомате начинаю дерзить я.
- Ну... Ты даже не ползком. И не под утро.
Боже, блять, пару раз было, что перебрал! Теперь годами попрекать?
- Так, что-то случилось?
- Да.
- Я вся во внимании, - дёргается ее верхняя губа то ли с отвращением, то ли со злостью.
- Мелания устала, - приобнимаю ее за плечи. - И мы поехали домой.
Пятисекундная пауза. Дотошно разглядывает нас.
Невозмутимо глядя ей в глаза, угораю внутри.
Разрыв шаблона, да?
- Ну что ж, идите спать.
- Если Вы не против Софья Алексеевна, мы хотели бы поужинать.
Ещё одна пятисекундная пауза.
- Повар уже спит.
- Ничего... Разберемся сами.
- Разбирайтесь.
Теряя интерес, опять погружается в бумаги.
- Мда... - шепчет Мелания.
- Не самый приятный человек, чего уж.
- При чем тут это, я про ""ползком"".
- Наговоры, любовь моя... - стебусь я. - Императрица ко мне слишком строга.
Бросаю вещи в парадной на оттоманку. Куртка соскользнув, падает на пол.
- Куртка упала, - раздевается Мелания.
- Прислуга поднимет.
