— Она принцесса, дочь вождя, — поведал их лидер, а орчанка на это зашипела. — Её захватили в плен у соседнего клана.
— Все мои братья мертвы, — шикнула она. — Если Танрур вложит в меня свое семя, то станет главой двух кланов, когда умрет отец. Но я лучше вспорю себе брюхо и перережу горло, чем возлягу с ним!
Она ещё немного пошипела, бросая злые взгляды то на меня, то на своих товарищей по несчастью. Дождавшись момента, когда она успокоится, я перешел непосредственно к главному.
— Вот теперь вы со мной честны, — кивнул я, удовлетворенный ответом.
— Стать твоим рабом? Человека?.. — скривился лидер. — Лучше смерть.
— Мне казалось, что вы возводите в культ силу, а я, хочу вам напомнить, победил вас четверых. И нет, не рабом. В Империи нет рабства, мы не османы, — у тех, насколько мне известно из новостей и статей сети, рабы есть и активно используются. По не совсем точным данным, рабов у осман от четверти до трети всего населения.
— И что же должны делать твои слуги? — последние слова женщина особенно подчеркнула.
— Служить моему дому. Будете зачищать порталы вместе с моими людьми, работать телохранителями и выполнять другого рода работу. Но обещаю, что не собираюсь использовать вас как «мясо».
Они мне не верили — их право.
— Ты не оставляешь нам выбора… Либо смерть, либо служение тебе…
— Жизнь вообще несправедливая штука.
Орки отступили и, встав в круг, стали переговариваться. Длилось это недолго, в конце концов, выбора у них и впрямь не было.
— Мы согласны.
— Хорошо, — кивнул я. — Но имейте в виду, что если вы согласитесь, а потом решите удрать, — а я готов спорить на свой костюм, что именно это они и планируют, — вас найдут, и тогда уже я лично отдам вас клану Жанжу.
На этом наша встреча закончилась. Орки остались сидеть в камерах, а я вернулся к Аксёнову, что наблюдал за нашей беседой через камеры видеонаблюдения, но учитывая, что мы говорили на языке орков, вряд ли он хоть что-то понял.
— И как прошло?
— Они согласны.
— Хорошо, тогда мы подержим их пару дней, пока не готовы твои бумаги, а дальше передадим под твою ответственность.
— Договорились, — я пожал ему руку.
