Это в первые пару дней между Ангелиной и Мариной шло жесткое соперничество за мое внимание, а потом, когда они поняли, что ни одна из них мне по-настоящему не интересна, всё как-то само собой сошло на нет.
Через пятнадцать минут я погрузился в горячую воду, и сразу же стало легче жить. Последние пару дней выдались тяжкими, и как же хорошо, что можно вот так просто взять и расслабиться.
— Потереть вам спинку, господин? — спросила возникшая рядом Эйна. Любопытно, что она была не в своем привычном «боевом» облачении, а в простой темной рубашке и штанах.
Я и забыл, насколько она красива за всем этим скрытным образом. Но я ещё не настолько отчаялся, чтобы соблазнять воплощенную. По правде говоря, несмотря на максимально привлекательную внешность, я не испытывал, глядя на неё, никакого возбуждения. Увы, настоящая Эйна мертва уже много лет, а это лишь фрагмент её души, безвольный и послушный. Кукла, выглядящая как она и копирующая манеру общения оригинала, не более того.
— Да, пожалуйста, — кивнул я и приподнялся. Эйна намылила губку и приступила к омовению, методично и неторопливо, как делала это в прошлом.
— Я могу задать вам вопрос, господин?
— Конечно.
— Вы правда считаете, что это место может стать вам домом?
— Почему нет?
— Просто вы не относитесь к нему как к собственному дому. Внизу все ещё следы недавней схватки, а в кабинете протекает крыша.
— Серьезно? Не замечал…
— Очень сильно протекает.
— Я тебя понял, займусь этим.
— А ещё я бы посоветовала вам посетить семью.
— Перестань, восемьсот лет прошло, там не осталось ни дома, ни могил.
— И тем не менее, думаю, вам это нужно.
— Я подумаю… — неуверенно ответил я. — Спасибо, Эйна.
Глава 19
Сегодня я позволил себе поспать подольше, а не встал с первыми лучами солнца. Быстренько принял душ, окончательно смыв сон, после чего занялся готовкой. Мог бы призвать Бахута, но решил, что лучше сделать всё своими руками. Не так вкусно и аккуратно, но зато от души.
Понемногу на запах готовящейся еды стали подтягиваться обитатели поместья. Санти пришлось выдать персональное приглашение к столу, иначе он так и сидел бы перед телевизором, не обращая никакого внимания на окружающих.
