Контролер

А есть профессионалы, те обычно до суда дела не доводят, потому что разваливают еще в процессе следствия. Или просто договариваются. Так вот, Тищенко — профессионал.

— Дорогой?

— Не то слово.

— Дорогой, говоришь. Во сколько он мне обойдется?

— Ни во сколько.

— Рекламная акция?

— Ни в коем случае. Он по прошлой жизни задолжал мне как земля колхозу. Если нормально сработает, все спишу, — подумал и уточнил: — Не все, конечно, но половину, как минимум.

— Приятно слышать. Слушай, а куда это Олег так рванул, надеюсь, не поправляться после вчерашнего?

— Нет, конечно, — Саня хмыкнул.

 — Товарищ пошел творить.

— Творить что?

— Статьи для прессы. Мы же собираемся немного нагнуть отчизну или уже нет?

— Собираемся, не вопрос, только при чем здесь Квадратов?

— Ты не поверишь, он с детства мечтал стать журналистом.

— Квадратов? Не поверю.

— Клянусь территориальной целостностью Российской Федерации. Заметки писал в «Пионерскую правду», стишата кропал.

— Хорошие?

— Как тебе сказать… — Котов опять хмыкнул.

 — На любителя. Потом, конечно, с этим делом завязал, но иногда ручонки по старой привычке тянутся к перу, особенно с похмелья.

— Понятно.

— Только это строго между нами. Не вздумай ему об этом напоминать, особенно о стишках. Обидится и начнет швыряться предметами. Ты же его знаешь.

Глава 16

Я меж тем начал потихоньку обживаться на новом месте. Во-первых, получил передачу с воли, судя по содержимому, собранную людьми грамотными, хорошо знакомыми с тюремной спецификой. Сменил прежние шмотки на спортивный костюм (насколько я смог заметить, самая популярная здесь одежда.

Возникает ощущение, что угодил в какое-то добровольное спортивное общество, а не в следственный изолятор), перекусил от щедрот отправителя и зажил себе дальше.

С психикой дела тоже пошли на лад, и в этом очень помогла физкультура. Когда ноют и болят сразу все оскорбленные упражнениями, растренированные мышцы, уже не так близко к сердцу воспринимаются вопли на тему «убью», «порву», «сгниешь здесь, нелюдь» и прочие прыжки с ужимками из репертуара обиженного на жизнь самца гориллы.

Не скажу, что допросы стали приносить удовольствие и эстетическое наслаждение, но все же сделалось немного полегче.

Я по-прежнему плохо спал, даже массаж головы перестал помогать, но и эта проблема разрешилась. Помощь пришла, откуда совсем не ожидалось. Металлическое окошко на двери в мои апартаменты отворилось, и в проеме появилась багрово-красного цвета молодецкая харя с длинными висячими усами.