Контрразведчик

Да и до Турку километров триста – триста пятьдесят. На рыбацкой шхуне сначала добирались до Аландских островов, там рыбная ловля отменная. Акватория опасная, немецкие корабли и подводные лодки шастали здесь регулярно, до северной оконечности Германии недалеко. Рыбакам было плевать на паспорта и визы, лишь бы деньги платили, причем в любой валюте – марки, фунты, рубли, франки. Плыть до островов недалеко, но шхуна провоняла рыбой, как и одежда всей троицы. Мало того, что заплатили за перевоз, еще пришлось помочь рыбакам тащить сеть с уловом.

И снова одежду испачкали в рыбьей чешуе. С островов их уже финские рыбаки забрали, которым отдали последние деньги. Зато добрались до Турку. Деньги нужны до Петербурга добраться, а еще кушать хочется, а в карманах ветер гуляет. В Финляндии местное самоуправление, российских воинских частей в Турку нет, как и консульств. В Гельсингфорсе, нынешнем Хельсинки, есть военно-морская база Балтийского флота, так до нее еще добраться надо.

Где на поезде безбилетниками, а ежели контролеры высаживали на ближайшей станции, то дальше и пешком, а добрались до Гельсингфорса.

Выручило то, что у всех троих документы, причем даже у Матвея армейские, какие выдавали всем военнослужащим экспедиционного корпуса. К своему великому удивлению Матвей, узнал, что полиция, как и Отдельный корпус жандармов, распущены Временным правительством. Для него – шок. Разве государство не должно бороться с внутренним врагом? Любой здоровый организм борется с заразой, грозящей его ослабить, уничтожить.

И аналогичные по функциям структуры есть в любой цивилизованной стране. И Великобритания, считающая себя оплотом демократии, имеет и полицию и спецслужбы. Для Матвея шок. Охрим, скорее всего, вернется в свою деревню. Капитан Федоров – в свою дивизию и продолжит службу. А куда Матвею? По первому образованию – в артиллерию? Война еще идет и ежедневно поглощает ранеными или убитыми сотни, а то и тысячи военнослужащих, независимо от звания и должности. Не верилось, сомневался.

Всех троих ближайшим судном переправили в Петроград, вернее – в Кронштадт. Первым делом Матвей добрался до квартиры. Единственное, что у него при себе имелось от старой жизни, это ключи от квартиры. Как якорь, как надежда вернуться. С волнением отпер дверь. Везде слой пыли, хотя окна и форточки закрыты, воздух затхлый. Небольшой запас дров в кладовке был, разогрел воду в бойлере.

Пока грелась, сделал уборку – влажной тряпкой пыль стер, вымыл полы, проветрил.