Контуженый (СИ)

Термобелье, трекинговые ботинки, спальник…

Я говорю о самом необходимом, что поможет бойцу жить на войне и выжить. Когда дохожу до женских прокладок, Воинов уже спокоен.

— Будет, что с женой обсудить. И тампоны? Отпад!

Он получает задание и уезжает, диктуя кому-то по телефону мой список.

Санитары, дядьки в летах, уносят останки тела несостоявшегося убийцы. Как и все в стране они обсуждают не сиюминутную работу, а эпохальное — референдум и мобилизацию. Главные новости их радуют и тревожат одновременно.

Я остаюсь один.

Сегодня повезло и Михалычу, и Кутузову, и Лизе, и Алене, и уставшим бойцам на тысячекилометровом фронте, и всем-всем-всем донбасским, луганским, херсонским и запорожским жителям. Они дождались просвета на небосклоне будущего.

Под гнетом новых обстоятельств я медленно иду домой. В голове гудят набатные новости: референдум, мобилизация. Значит, война теперь будет по-настоящему. Обидное отступление на фронте заставило страну проснуться. Теперь без вариантов, либо мы их, либо они нас.

Замечаю, что люди вокруг изменились. Исчезли улыбки и беззаботность, вместо прежней расслабленности, нервные жесты, опущенные плечи, сдвинутые брови. Кто-то пришиблен и погружен в себя, кто-то взвинчен, куда-то спешит или истерит в телефон. А тема одна. Это на Донбассе, уверен, люди радуются референдуму, а у нас напуганы мобилизацией.

Около конторы «Быстрокредит» бросается в глаза желтая «шевроле» Макса Лупика.

Лупик эмоционально нахваливает свой автомобиль хозяйке «Быстрокредита» Ольге Рацкой:

— Ты только глянь на это чудо техники. Красавица! Мощь, скорость, шарм. Сядь за руль, зацени! А хочешь, промчимся? Это не машина, а ракета! Факт!

Я подхожу ближе, чтобы понять, что происходит.

— Ни к чему мне это.

— Твои подруги умрут от зависти.

— Они и так от меня нос воротят.

— Ладно. Не хочешь покупать, дай кредит под залог эксклюзивного суперкара.

— Лупик, сам продавай свою тачку.

— Да кто туточки такое купит.

— Вот именно! Под твою автомойку еще можно поговорить о кредите.

— Блин! Мойка уже в залоге.

— Ну ты и… — Рацкая подбирает ругательное слово помягче и цедит сквозь зубы: — …бизнесмен.

— А тебе только на рынке цену сбивать! — раздражается Лупик, но тут же берет себя в руки: — Хорошо, уговорила, согласен на два миллиона.