Контуженый (СИ)

Смотрю на изменившееся лицо бывшего друга, его заклеенный нос.

— С лицом сам постарался?

— А то! Сломать камнем себе нос непросто. До сих пор не зажил. — Шмель приглаживает наклейку на носу, касается рубца на щеке: — И щеку раскровенить так, чтобы перебинтованную харю никто не узнал, а кровищи было столько, чтобы тебя в медсанчасть отправили. Еще и гранату бронником накрыть для правдоподобия, типа, облажался, когда к дрону прилаживал.

— А почему и нет? Смотря с какой стороны окопа оценить. А окопы сейчас и промеж семей пролегли.

— С моей стороны окопа ты не герой, а предатель!

Шмель закуривает, держит огонек в раскрытой ладони и прищуривается:

— Так может ты не там окопался? Самое время передумать.

— Да, ты сильно изменился. Только куришь, как прежде. А Русик не курил.

— На фронте мог начать. Ты же меня хоть так, хоть этак все равно бы узнал.

— Поэтому решил меня убрать?

— А что делать? Не останавливаться же на полпути. — Шмель делает глубокую затяжку и с жаром объясняет: — Я был уверен, что ты погиб.

А тут звонок с телефона начальницы цеха. Алена Анатольевна сообщает, что боевой товарищ Кит ищет Русика! Я запаниковал и нанял первого попавшегося урку.

— Прогадал. Сам бы лучше справился.

— Проехали и забыли!

— Не получается с моей головой. Это у тебя новое имя и новая жизнь, а у меня старые ночные кошмары.

— Лучше кошмары во сне, чем могила наяву.

Я вспоминаю еще об одной загадке.

— Наш тайник обчистил ты?

— Не пропадать же баблу. Приехал в Дальск с перебинтованной мордой под видом Русика.

Припугнул Злату, что тело Краско достают из могилы, чтобы выяснить, как его отравили. Она меня не узнала, а я поклялся отомстить за отца. Подействовало, сбежала.

— А-а, брось! Девка с такой фигурой и мордашкой не пропадет.

Я едва сдерживаю злость: а животик ее не заметил? И мысленно отвечаю: нет. В Дальске Злата еще прятала беременность.

Причину моей злости Шмель истолковывает по-своему:

— Согласен, я тебя обделил. Сколько ты хочешь?

— Сколько денег? Шмель, ты убил лучших друзей!

— Ты убил отца Русика!

— Его отравила Злата.

— А если бы меня грохнул Пуля, ты тоже был ни при чем?

— А ты что, безвинный ангел? Чистеньким хочешь быть? Скольких мы положили? На войне друг друга убивают тысячами! За деньги в том числе.

У меня нет слов. В кармане медаль «За отвагу». Я швыряю награду в Шмеля.

— Твоя медаль! Посмертная!

Медаль ударяется ему в грудь и падает на пол. Шмель пододвигает мне бокал. Я залпом выпиваю коньяк, не чувствуя крепости.