Контуженый (СИ)

Я унижен, не знаю, что ответить. Моего унижения ей недостаточно, и Маша оттаптывается на сопернице:

— Так Злата же проводница! Всем улыбается и всем дает. Зря вы ее к Лупику не пустили, она сама к нему хотела.

Тут я не выдерживаю, срываюсь, рычу или кричу:

— Проводница — не означает шлюха!

Машу берет оторопь. Она замолкает, по щекам катятся слезы. Слезы касаются губ и превращаются в слова:

— А меня бы ты так защищал?

— Маша, я про другое.

— Ты всегда про другую.

Она бросает слова и уходит. Гордая и решительная.

В моей руке телефон и я все-таки фотографирую ее со спины. Разглядываю фигуру на дисплее. Вспоминаю, как прижимался к ней в постели. Моя грудь к ее спине, живот, пах, попа, ноги — почти без зазоров. Как ложечка к ложечке. Тепло и уютно.

— Дурак, — шепчут мои губы.

— Контуженый! — окликает кто-то со стороны.

Рядом останавливается полицейский «уазик» с Костей Воиновым.

— Садись, — зовет он.

Я в машине рядом с нормальным полицейским, который согласился поступить по-людски и поставить на место Макса Лупика.

Костя видит в моем телефоне фото уходящей Маши и сочувствует:

— С женщинами сложно. А как женишься еще сложнее будет.

— Так разведись, — подкалываю я.

— Сложно, не значит плохо. Хорошее тоже бывает сложным. Вот сделаешь что-то сложное хорошо, и забудешь про сложности, потому что тебе стало что? — Воинов запутывается в словах и обрубает: — Я не за этим! Как там жмот Лупик, спекся?

— С твоей помощью, — подтверждаю я и добавляю: — Сложное дело сделали хорошо.

Воинов улыбается собственной цитате.

— Так, пистолет твой я выбросил. Куда, не спрашивай! И больше с такими делами…

— Сложными? Есть попроще. — Мне не дает покоя раненый боец, явившийся к Злате. — Костя, у тебя знакомые в Луганской милиции найдутся?

— Пересекался в Ростове на сборах. Обменивались контактами.

— Узнай про Руслана Краско. Его ранили в тот же день, что и меня. Хочу выяснить, как он.

— Да. Теперь он владелец «Краскопласт». Это крупный завод в Луганске.

— Попробую, — обещает Воинов.

Он ищет в телефоне контакты, звонит кому-то, обменивается приветствиями. Когда разговор переходит к делу, включает громкую связь.

— Руслан Краско? Нормальный парень, не из мажоров. Воевал, награжден, был ранен.

— Говорят, лицо посекло. Чай не баба, с лица не пить. Мужику с деньгами можно быть и кривым.

В моей голове щелкает — ранение в лицо! Русик из Луганска. О приезжем с бинтами на голове говорила и Маша.