Конунг Туманного острова (СИ)

Но при этом можно позволить держать городскую стражу с легким вооружением. Можно позволить вводить городские сборы, которые будут направлены на благоустройство. Можно дать право на некоторые монопольные промыслы. И боязнь потерять эту монополию станет держать купеческую верхушку у трона крепче любого клея. Много таких действий можно предпринять, работая скальпелем, а не топором. А если точнее, то резцом скульптора, из-под которого должна выйти статуя новой жизни.

Итак, он сформирует один из центров силы — самоуправляемые города.

Не все, лишь некоторые. Братислава, Тергестум и Солеград никогда не станут такими. Они останутся в собственности княжеской семьи. А вот Вена, которая уже сейчас рискует превратиться в вотчину Арата и его сыновей, самоуправление получит точно. Это станет только благом для власти будущих князей. Получит самоуправление и Драгомиров с его ткацкими промыслами. Он все больше и больше становится зависим от аварских ханов, разжиревших на торговле бараньей шерстью. Нужно немного остудить их пыл. Что делать с Белградом, воротами княжества на Балканах? Надо обдумать. Город стоит на древней римской дороге, идущей в Константинополь, и это определяет его будущее. Там пока лишь формируется прослойка богатых купцов. Там некому взять в свои руки частичку власти. Не стоит спешить.

Второй центр силы — боярство. Родовая аристократия и аристократия служилая, которую он вознес из грязи как противовес словенским владыкам. Пока их силы равны, но пройдет всего лишь одно поколение, и боярская Дума станет оплотом оппозиции князьям.

Это неизбежно.

Армия — третий центр силы. Воины уже обособились от родовичей, отличаясь от них и внешним видом, и своими обычаями. Отставники несут службу на границе, как казаки в царской России. Они не смешивают себя с остальным народом, образовав новый. Они же изгои, потерявшие свою семью. Армия теперь их род, и их настоящая семья.

Нобили — четвертая сила. Все эти княжеские компаньоны, ставшие своим талантом и упорным трудом немыслимо богатыми людьми.

Лотар, Максим, Вуйк, еще три десятка ювелиров, ткачей, сукновалов, стекольщиков… И даже семья Бань, освоившая фарфоровый промысел в Мейсене, стремительно богатеет, попутно пополняя казну. Тут князь довольно усмехнулся. Он все-таки переименовал городишко Мишны, стоявший в земле далеминцев.

Церковь — пятая сила, с каждым годом набирающая вес. Тут и обсуждать нечего.