Координата поврежденности

Родители ругались… как непривычно. Он никогда прежде не видел и не слышал, чтобы они ссорились. Он жил с уверенностью, что у мамы и папы все хорошо, а теперь впервые задумался: вдруг ему просто никогда не показывали плохое?

– Я всегда гордилась тем, что ты делаешь, и поддерживала тебя с самого начала, но так нельзя… Ты окончательно перестал замечать нас! Тебя никогда не бывает дома, еще немного и Мин забудет, как ты выглядишь!

– Дорогая, ты же знаешь, у меня операции и постоянные встречи…

– Ты слишком эмоционально реагируешь из-за своего положения.

– … а теперь я слышу сплетни, что моя беременность – повод для измен. Ты становишься краше, а я старею! Люди обсуждают, что мой муж не только справляется со своими обязанностями врача, но вдобавок находит время и для других женщин.

– Ты лучше меня знаешь, что это глупые, не имеющие никакого основания слухи. Всем этим дамам нечем заняться, и я крайне удивлен, что ты стала обращать внимание на подобное.

– Тогда не веди себя так! Знаю, тебе тяжело, однако и я устаю.

Возвращаясь домой, я не хочу ругаться с тобой.

– А ты думал о том, чего хочется мне? Или моя любовь позволила тебе так себя вести со мной? Ты перестал ценить эту любовь, Равит. Перестал ценить меня!

– Достаточно. Поговорим позже, когда ты успокоишься. Я постараюсь почаще вырываться с работы, если для тебя это так важно.

Мин не уловил передвижения родителей, поэтому, когда дверь резко распахнулась, он едва не упал в отцовские руки.

– Что?.. Ты подслушивал?

Он покраснел.

После услышанного он не знал, что делать, поэтому промолчал и лишь угрюмо смотрел себе под ноги. А тем временем в проеме показалась мама, вытирающая ладонью слезы с лица.

– Милый, ты вернулся? Ох, прости, что ты услышал это. Это все глупости, просто у нас с папой у обоих выдался тяжелый день. Не расстраивайся. – Мин знал, что не может расплакаться прямо перед родителями, но видеть маму такой было больно, и он впервые ощутил неприязнь к отцу. Папа мог не обращать внимания на него, но почему позволял себе доводить до такого состояния ее?

– Это не ты здесь должна извиняться.

 – Мин осмелился поднять взгляд и посмотрел прямо на папу. Инстинктивно он сжался, бросая вызов своему герою, однако подавил это чувство.

– Не вмешивайся в дела старших. И не дерзи мне! – Это все, что сказал отец, когда покинул коридор, оставив их вдвоем.

Мин перевел взгляд на маму, такую хрупкую, несмотря на сильно выпирающий живот. Он подошел к ней и неуклюже обнял.