Координата поврежденности

– Дом опустел, и с твоим отъездом Кхун Равит начал работать еще больше, чем раньше. Если бы не Нонг’Лайт, я бы вообще была всеми забыта. Он часто приходил меня навещать, спасибо ему.

– Он приходил сюда? – Мин старался сохранить нейтральное выражение лица.

Ну, естественно, раз уж добился своей цели – он уехал и не мешал – Лайт мог спокойно общаться с другими обитателями дома. Чему тут удивляться…

– Конечно, а однажды привел с собой сестричку, хоть сперва и противился. Но он случайно обмолвился, что она воображает место, где он жил без них, сказочным замком, в котором живет принц Мин, – женщина расхохоталась.

 – Я сказала, что он здесь как родной, и никого не побеспокоит, кроме меня, а я совсем не против. Его младшая сестра такая же прелестная, как и он. Она очень расстроилась, что не застала своего принца. Ты бы навестил их или пригласил сюда на обед, – простодушно предложила экономка.

– С каких это пор ты решаешь, кого мне сюда приглашать? – угрюмо отчеканил он, и от схожести своего тона с отцовским у него пошли мурашки.

И Нун, кажется, тоже это почувствовала. Когда ее глаза потускнели, и улыбка сползала с покрытого морщинками лица, Мин пожалел о выбранных словах и тоне.

– Ты прав, это не входит в мои обязанности. Прощу прощения, – покорно вымолвила она.

– Это ты извини. Я не выспался, да и перелет выдался ужасным… – Он пытался оправдаться, чего не делал уже давно, оттого получалось нескладно. Не прошло и часа с его приезда, а он уже все портит.

Женщина приблизилась к нему и погладила по волосам, как часто делала, когда он только потерял мать.

Такая простая ласка всегда приносила Мину умиротворение.

– Иди приляг. Я пошлю за тобой, когда Кхун Равит приедет.

Но следующий день наступил, а хозяин дома так и не вернулся. Утром Нун объявила, что у отца возникло срочное дело и его вызвали на важную встречу, потому она не стала будить Мина.

Он понимающе оскалился. Некоторые вещи не меняются. И все же отец, заступившись за него, словно проделал щелку в его стене отчуждения, которая расползалась на трещины.

И из нее просачивалась надежда. Она ужалила, но все же Мин продолжал чувствовать… разочарование, хотя и не должен был.

Будущее, как липкая паутина, облепило его и внезапно стало настоящим. После приезда Мин не успел увидеться ни с Марой, ни с Бестом, ибо с ним связался Прин Супарат, заместитель отца, и назначил встречу по поводу развития шанхайского филиала. А сразу после ему пришлось сопровождать китайских спонсоров на деловом ужине.