Координата поврежденности

– Это так не работает, – не согласился Лайт, хмурясь. – Звучит, будто ты вынудил меня.

– Ну, никто так долго не отказывал мне.

– А вот сейчас начну разочаровываться, – съязвил докторишка. – Таким, как ты, необязательно кичиться. У других тоже есть глаза, они и так видят.

– Я не собираюсь тешить твое самолюбие.

– Что я хорош собой?

– Вот, ты сам прекрасно осознаешь! Даже Нонг’Кванг так сказала.

– Стой… ты с ней встречался?

Имя девушки прочно врезалось в память. Мин до сих пор помнил, как сжимал ее руку, пока та рожала в его машине.

– Да, мы поддерживаем связь. Ее семья приглашала нас на ужин, чтобы еще раз отблагодарить, когда ты уже улетел. Я пошел один, и мы немного поговорили о тебе. Она сказала, что только в больнице хорошо разглядела тебя, и ей стало стыдно, что такой красавчик лицезрел ее в такой интимный момент, – пошутил Лайт.

– Я не особо рассматривал, знаешь ли.

– Помню. Пришлось тебя ударить, чтобы ты вообще остался в сознании. Прости еще раз за это.

Да уж, не самый героический момент его жизни.

– Нашли тех ублюдков?

– Да, но они отделались только судом, ведь фактически ничего с ней не сделали. Попытку изнасилования достаточно сложно доказать. Хотя ее сестра со своим парнем сами вроде как разобрались с ними.

– Наш мир полон дерьма.

– Чем быть между женских ног? Ты так уверен в своих предпочтениях, – усмехнулся Мин, возвращая в атмосферу тающую, как масло, легкость.

– Ты с головой побывал там за нас двоих. – Лайт скривился.

Мин считал ревность опасным чувством, в котором, если переборщить, можно захлебнуться. Однако она могла быть и другой. Например, милой, если горела ярким багрово-черным огнем по краям радужек, в центре которых он видел свое отражение. Ему нравилось отражаться в глазах Лайта.

– Хочу знать, что тебе во мне нравится, – просьба сорвалась с языка неожиданно. Он поддался спонтанному порыву. Этот новый вид ребячества – влюбленно-волнующий – заполнял его до краев.

Мин ожидал, что Лайт будет отпираться, однако тот так быстро ответил, что он даже не сразу осознал ответ, а после искренне удивился.

– Ноги? – Он ожидал чего угодно, но только не этого.

– Да, они у тебя непозволительно длинные. Выглядит круто.

– Ты помешан на том, что выглядит круто.

– Хватит дразнить меня.

– Ну, я рад, что тебе нравится. Никогда прежде не был так благодарен своим ногам.

– Придурок, – вырвалось из Лайта с тихим смешком.

– Наглая ложь, но спасибо.

– Нет, правда.