Координата поврежденности

– Нана, ты зла на меня, я понял. Но что ты делаешь? Наняла каких-то психов, чтобы они похитили меня? Тем более ты узнала, кто я. Думаешь, последствий не будет?

Воцарившееся недавно умиротворение было быстро загублено. Он не мог поверить, что считал себя и Нану одинаковыми. Она оказалась не просто истеричкой, а настоящей психопаткой, способной угрожать жизням других.

– Давайте успокоимся. Уверен, никто из нас не хочет, чтобы все закончилось плохо. Просто подумай еще раз, все это неправильно, – подал голос Лайт.

Нана наконец соизволила посмотреть в сторону второго похищенного.

– Госпожа, могу убрать мальчишку, только скажите.

Мин увидел, как тот начал вытаскивать что-то из ремня штанов, и истошно воскликнул:

– Стойте, не делайте глупостей! Тебе нужен я! Давай разберемся между собой, не вмешивай посторонних! Позволь мне исправить свою оплошность. – Он переводил взгляд с Наны на ее шестерку, который тут же остановился, ожидая приказа «госпожи».

Девушка скривила губы, окинув его полным сомнения взглядом, но после небольшой паузы повернулась к своему помощнику.

– Оставь нас, а этого забери. И не делай ничего лишнего без моего приказа.

Мин хотел возразить. Ему стало неспокойно оттого, что их с Лайтом разделяют, но он решил, что наедине гораздо больше шансов образумить Нану. Он вновь надел на лицо маску уверенности и кивнул Лайту, надеясь, что тот поймет тайное послание: «Я все улажу».

Мужчина вытащил ключи из кармана джинсов и, приблизившись к ним, открыл наручники, сковывающие Лайта.

Затем, отстегнув пленника от трубы, тут же грубо завел обе руки за спину и, даже не обратив внимания на его состояние, быстро вывел из помещения.

Мин пытался не думать о том, что это может быть их последняя встреча. Этого не случится. Не случится! Никто не погибнет по его вине… Да и он не умрет, ни за что! Нана просто обиженная злопамятная девчонка, а не убийца. Хотя насчет ее головорезов он так уверен не был.

– Вот мы и одни, – сказала Нана уже более сладким голоском, однако слова были пропитаны рьяной жестокостью.

Интересно, все это время она умело притворялась и прятала истинную натуру или же просто внезапно потеряла разум после их разрыва?

– Ты делаешь это, чтобы отомстить?

– Чтобы преподать урок.

Избалованность и тщеславие проскакивали в ее характере с самого начала, хотя подобные черты свойственны многим богатым деткам. Но у всего должна быть грань. А у Наны, как оказалось, она отсутствовала.