Выйдя на улицу, Акимка начал разыгрывать настоящее представление. Сделав вид, будто только что проснулся, он зевнул во весь рот и почесался:
— Здрасьте, дяденька, — протянул он сонным голосом, — Вы никак за куренем приехали? Так рано еще. Рубщики сюда только на следующей неделе придут. А меня вот наперед послали, чтобы я тут все подготовил. Дров натаскать, воды наносить, двор подмести. Вы опосля приезжайте, когда артельщики здесь будут.
Злые глазки Лиса вперились в Акимку:
— Ты что, щенок, зубы мне вздумал заговаривать? — старик засмеялся ледяным смехом, — Эй, Мегул, давай-ка сюда.
Волчонок решил, что он хитрей старого Лиса.
На зов старика к двери теплушки подъехал еще один конный Лис, намного моложе первого, и, судя по схожести черт, мог сойти за его сына. Как и старый, молодой Лис был по-охотничьи одет в короткую меховую куртку и шапку с волчьим хвостом, недвусмысленно указывающую на род его занятий.
— Ты слышал, что он говорит? Предлагает нам «опосля» приехать. А, Мегул, может мы «опосля» приедем? — теперь уже оба Лиса смеялись во весь голос.
— Так с меня-то какой спрос? — Акимка продолжал ломать дурака, — Мне-ж еще даже пятнадцати нету. Я за мужиков решать не могу.
— Я вижу, что тебе пятнадцати нету, — вступил в разговор молодой, — Зато к весне будет. А значит, ты годен к воинскому призыву. Я правильно говорю, отец?
— Все верно, Мегул. И волчонок тоже об этом знает, только прикидывается, — старый Лис сверлил Акимку колючим взглядом, — То-то, он бежал от самого Невина так, что пятки сверкали.
Ну, да ничего, от нас еще ни один Волк не уходил. Ну-ка, Мегул, опутай его.
Мегул спешился, завел Акимке руки за спину, ловко накинул на запястья ремешок и затянул.
— Готово, отец. Давай Фидола кликать, да поехали, а то до утра из этого леса не выберемся.
— Эй, Фидол! — закричал он в сторону реки, — Ты где там застрял? Мы волчонка взяли уже.
— Эк, ты быстрый, — осадил Мегула старый Лис, — Надо коням отдых дать. Они у нас с утра без продыху по лесам мимо троп скачут.
Вон и теплушка есть. Здесь переночуем, а поутру тронемся.
У Васьки от этих слов внутри все обмерло. Как только Лисы сюда зайдут, его тут же почуют. Но тут Мегул заспорил с отцом, подав ему сумасшедшую надежду на спасение:
— Да ты что, отец. Я в эту волчью нору не полезу. Мы тут за ночь псиной так провоняем, что потом неделю не отмоемся, — оба лиса засмеялись над удачной шуткой, — У тебя же есть на запас пятнашка нифрильная.
