Копия жены по контракту

Я бросаю взгляд в зал и, сбиваясь с ритма, наступаю на ногу Стейси, налетая на нее."

"Черт, Джеймс меня точно по головке не погладит, одно неловкое движение может стоить мне карьеры. Снова танцую, снова украдкой обегаю взглядом фигуры зрителей.

Все мужчины кажутся одинаковыми. Одинаковые черные костюмы, одинаковые позы, не отличишь друг от друга, как будто за столики посадили манекены с отрезанными головами. Лиц не видно, потому что они утопают в полумраке, весь свет направлен на сцену, и конечно же, они все с жадностью хищников ловят взглядом наши движения.

Все, как один. Но всё равно мне кажется, что я чувствую особенный взгляд. Или мне попросту хочется в это верить?

Как только кто-то упомянул русского спонсора, я сразу же подумала про Басманова. Но ведь, в самом деле, надо успокоиться и понять, что всегда есть много спонсоров, среди этих людей, уверена, есть русские, и это не Рамиль.

Танец заканчивается, и мы под хлипкие аплодисменты тоненьким ручейком просачиваемся за кулисы.

Вернее, здесь нет никакого занавеса, но просто убегаем за сцену, и Стейси сразу же налетает на меня раненой волчицей, толкает прямо руками в плечи, и я шатаюсь, хорошо, что сзади стоит Сашка и ловит меня.

– Эй ты, русская шлюшка! Ты что натворила? Подставила меня! Задела своими ластами!

Стейси ругается так быстро и громко, выплевывая ругательства, как из пулемета, что я понимаю только половину слов. Я уже хорошо выучила английский, но она говорит, как портовая проститутка, на каком-то сленге, но смысл я точно улавливаю.

– Я тебе волосы повыдираю! Сама будешь с Джеймсом разбираться!

Хватает сигарету и закуривает ее, нервно сжимая зубами, смотрит на меня убийственным взглядом. Меня всю трясет, колотит, не могу успокоиться, мне в самом деле стыдно, ведь я споткнулась из-за своих эмоций, показала себя непрофессионалом, подвела труппу, просто опозорилась.

Что теперь будет?

– Так, девочки, где эта русская неваляшка-матр-решка? – Джеймс заходит в тесную каморку, которую нам отвели под раздевалку, половина девочек уже голые, одеваются в те самые сексуальные платья.

Я стою в своем сценическом наряде, тонкие «лепестки» цветка прикрывают грудь, юбка топорщится, я вся вспотела, кожа лоснится, дыхание на разрыв.

– Марьяна, приведи себя в порядок, будешь извиняться, – заявляет хореограф, подходя ко мне и беря салфетку. Бесцеремонно промокает лицо и ключицы, обнюхивает меня.