Копия жены по контракту

Он заботился о том, чтобы я не попадала в руки прессы, с ними я точно не смогла бы справиться, меня бы разоблачили. Но на концертах петь под фонограмму – здесь я была хороша.

– Ваша воля, – согласилась я, следуя за хозяином дома в комнату его жены. Однажды я была в этой роскошной обители дивы, где половину помещения занимала огромная гардеробная со всевозможными нарядами от кутюр, коллекцией обуви и сумок. Многое в единственном экземпляре, пошитое исключительно для певицы, чтобы, не дай бог, никто не появился в похожем наряде.

А вторую половину комнаты занимала так называемая зона любования. Белое, роскошное, с золотой окантовкой трюмо, заставленное дорогой косметикой.

Большое овальное зеркало в толстой раме, в котором можно было увидеть себя в полный рост. Да и в целом убранство комнаты подошло бы монаршей персоне.

На первый взгляд, здесь ничего не изменилось, но, когда я вошла в гардеробную, от ужаса волосы зашевелились на голове…

Смятая и изорванная одежда валялась комьями на полу, везде вразнобой лежали туфли с оторванными каблуками и выдернутыми застежками, поломанные вешалки, сорванные гардины… Зеркало в гардеробной, словно большой уродливый шрам, прорезала продольная трещина, от которой паутиной шли другие.

Кто виной этому побоищу, сомневаться не приходилось.

– Ваша жена давно пропала? – глухо спросила я, поглядывая на мрачного мужчину, застывшего у входа. Он прислонился к косяку, убрав руки в карманы строгих брюк, а сам мрачно рассматривал комнату, которой досталась щедрая порция гнева.

– Бери одежду и переодевайся, – ожидаемо не ответил он на вопрос и бросил мне приказ, выходя наружу.

* * *Глубоко вздохнув, я задержала дыхание и зажмурилась, досчитала до десяти и медленно выпустила воздух через неплотно сжатые губы.

Страшно, мне стало реально страшно, потому что теперь я понимала, что Басманов в своем гневе способен на изничтожение имущества, на агрессию, выражающуюся в нанесении физического вреда.

А если он поднимет на меня руку? А если он бил жену, и поэтому она сбежала?

Роксолана, где же ты?

Передернув плечами, прошлась осторожно по разгромленной гардеробной, оценивая масштаб катастрофы и представляя, как большой и сильный мужчина вымещает гнев на ни в чем не повинных вещах.

Вряд ли ему полегчало. Но зато теперь я знала, как выражается его гнев. Можно серьезно пострадать.

Лучше его не злить. Лучше вообще с ним не связываться. Здоровее буду.