Копья и пулеметы

Одновременно депутат палаты общин выдвинул резолюцию о том же, но ее (опять-таки самым демократическим образом) провалили: 82 голоса «за», 308 – «против». Лорд Мельбурн заверял, что передал петицию королю, но ее судьба еще год оставалась неизвестной. А поскольку массовые протесты и парламентские запросы не прекращались, власти в конце концов пошли на попятный: на очередной запрос доктор Уокли заявил, что королевское прощение уже получено, и (толлпадлская шестерка) вернется вскоре на родину свободными людьми.

«Вскоре» растянулось надолго. Джордж Лавлесс вернулся первым только еще через год, а остальные и того позже: их разослали в самые отдаленные уголки Австралии, и добирались они оттуда долго (Хэммету пришлось пройти пешком около 400 миль).

И по возвращении тред-юнионы не оставили толлпадлцев в беде: тот самый Дорчестерский комитет сорганизовал сбор денег на покупку и полное оборудование двух ферм в Эссексе – на одной поселились Лавлессы и Джеймс Брайн с семьями, на другой – семья Стенфилдов.

Один только Хэммет отказался от всех благодеяний и до старости так и работал батраком в Толлпадле.

Профсоюзы не забывали их и позже: в 1912 г. перед методистской церковью в Толлпадле установили мемориальную доску с надписью: «Возведена в честь верных и бесстрашных жителей этой деревни, которые в 1834 г., не уронив человеческого достоинства, перенесли наказание ссылкой на каторгу за дело свободы, справедливости и праведности, дабы стать примером нынешнему и будущему поколениям».

А в столетний юбилей со дня осуждения Лавлесса и его товарищей Британский конгресс тред-юнионов (к тому времени реальная сила) провел ряд торжественных мероприятий. На могиле Джеймса Хэммета, пришедшей в упадок, установили надгробную плиту. В Толлпадле построили шесть ферм, присвоив каждой имя одного из «мучеников».

5. Шажок на долгом пути в демократию

Движение луддитов было еще на пике. «Письма капитана Свинга» еще не начали разлетаться по стране, но по всей Англии начались бунты городских низов, вообще бедноты. В 1815–1816 годах они были вызваны введением так называемых «хлебных законов».