Копья и пулеметы

У них было два безусловных преимущества перед дилижансами, запряженными лошадьми: во-первых, скорость у паровиков была в два с лишним раза выше, во-вторых, в отличие от лошадей они не знали усталости, не нуждались в отдыхе и овсе (уголь обходился дешевле овса).

Вот тут бы и воскликнуть вслед за Остапом Бендером: «Стальной конь идет на смену крестьянской лошадке!» Увы, дела обстояли не так радужно… Гораздо больший процент прибыли, чем у владельцев конных дилижансов, съедали дорожные пошлины.

По тогдашним правилам пошлину брали не только с количества пассажирских мест, но и с количества колес экипажа, невзирая на то, на какой он тяге. А колес у паровиков было примерно вдвое больше, чем у конных дилижансов – колеса самого паровика (которых могло быть и шесть), колеса тендеров да вдобавок «гайд». Ничего таинственного в этом термине нет. Классического руля (как у автомобилей более позднего времени) или рычагов (как у паровозов) у паровых дилижансов не было. Управлялись они как раз этим самым гайдом – двухколесной тележкой, вынесенной далеко вперед на длинном дышле, которую механик и направлял в нужную сторону, если требовалось повернуть. За колеса гайда тоже требовалось платить пошлину.

Но пошлины – еще не главная беда…

И вновь – очередное отступление.

На исходе Советской власти вышла великолепная кинокомедия «Чокнутые» с целым созвездием блестящих актеров (которых как-то еще не было принято именовать «кинозвездами», но их и так любили): Николай Караченцов, Ольга Кабо, Леонид Ярмольник, Михаил Боярский, Наталья Гундарева, Семен Фарада, Виктор Проскурин, Вячеслав Невинный…

Сюжет таков: в первые годы царствования Николая Первого из Австрии приезжает инженер Гесснер, чтобы строить здесь железные дороги.

Размер творческой фантазии у инженера широкий: родную Австрию он полагает слишком маленькой и тесной и считает, что развернуться в полную силу сможет только на необозримых просторах Российской империи.

(Отступление в отступлении. Сюжет отнюдь не надуманный: в те же времена, что показаны в фильме, примерно по тем же мотивам в Россию перебрались на ПМЖ два молодых швейцарца, братья Мозеры – правда, тогда еще не имевшие к железным дорогам никакого отношения. У них вообще не было никакой профессии: они просто-напросто достигли совершеннолетия и теперь должны были сами зарабатывать на жизнь.