Корабль Джоре

Когда девочка через неделю после регенератора пошла и исправно пользовалась обеими руками, Виктория Павловна бухнулась на колени, я не успел перехватить ее и прошептала

— Девочка! Ты великая целительница! Я буду молиться за тебя всю свою оставшуюся жизнь. Спасибо тебе!

Я подскочил к ней и тут же поднял ее

— Нехорошо Виктория Павловна! — осуждающе сказал ей — Я не Бог и не Иисус Христос, чтобы передо мной становились на колени. Я просто рядовая целительница, которая иногда не проходит мимо людского горя, и все.

Но я видел, что сейчас ей бесполезно об этом говорить.

Вот как на нее обижаться Сначала я читал в ее глазах неверие, а сейчас у Виктории Павловны аж глаза светились, наверное от счастья, как и у мамы ребенка. Самое главное лечил-то я собственную дочь, для этого и вылез из пещеры, где прятался корабль Джоре.

Но об этом, как и многом другом я никогда не буду кричать.

А сейчас после прошедшей первой эйфории за дело взялся отец семейства, Семен Андреевич Смирнов.

— Я так понимаю Эльвиолла Артуровна — начал он — извините до сих пор не верил в это, но произошло настоящее чудо и тем не менее, хоть мы и не так богаты, сколько мы вам должны за лечение Дашульки.

У меня кричала душа * Ничего вы мне не должны, я лечил мою кровь, мою Дашку, мою собственную дочь*. Но нельзя и я успокоившись сказал

— Семен Андреевич, вы простите меня — аргументировано начал говорить - Я так понимаю, Даша это Саши Кузнецова дочь. Так? — и посмотрел на Юлю.

Та молча кивнула головой.

— А как кстати фамилия у Даши? — спросил я.

— Кузнецова — твердым голосом сказала Юля.

— Значит девочка имеет прямое отношение к семейству Кузнецовых — продолжал рассуждать я — Так? — На что получил еще одно подтверждение от мамы ребенка.

— Идем дальше. Из этого получается, что Кира Кузнецова ее родная тетя?

А я Кирусе старшая сестра. Так? — теперь уже к Кире. Та тоже подтверждающе качнула головой.

— Значит этот маленький человечек — и я кивнул на трущуюся об меня Дашу и поцеловал ее в макушку — тоже мне не чужая. Так? — спросил уже у всех присутствующих Никто не возражал.

— Следовательно! Как я могу у собственных родственников брать какие-то деньги за лечение. Это нонсенс. — заключил я, рассматривая ошеломленных моими логическими рассуждениями новоявленных родственников.

— И поэтому поводу у меня есть тост — и я вопросительно посмотрел сначала на стол, а потом на дядю Семена. На что тот сразу засуетился и послал жену за вином, Виктория Павловна уже знала мой сорт *любимого* вина.