Корабль Джоре

После его слов я снял повязку и ответил

— Вы знаете Иван Викторович, я чувствую в основном эмоции человека, а если они направлены на меня, возможно в некоторых случаях, наверное и мысли и при этом внимательно посмотрел на молодого человека, густо покрасневшему при моих словах.

— Очень интересно. А мои мысли вы услышали — при этом чуть запнувшись спросил он.

— Извините я не собираюсь становиться вашей любовницей — при этом весело засмеявшись.

На его лице не отражалось никаких эмоций, только сильное изумление.

— А вы и так красивая — предваряя вопрос женщины, сказал ей — зачем вам становиться как я.

Ну насколько понял, я прошел первичную проверку, только все члены комиссии были сильно взбудоражены и поражены моими способностями. А от директора исходили эмоции: взять и посадить меня под замок и никуда не выпускать.

Поэтому он прям беспрерывно рассточал мне комплименты, а старичок и женщина хотели заполучить меня каждый в свою группу. Во всей этой вакханалии я поставил точку.

— Извините Иван Викторович.

Я так понимаю, что вашу проверку прошла и мне бы хотелось услышать условия работы в вашем центре.

И тут он мне начал расписывать радужные перспективы работы в его центре.

Условия и хорошие гонорары. Или можете работать в группе Егора Алексеевича, указывая на старичка или в группе целителей у Елены Александровны, показывая на другого члена комиссии.

На все его предложения я отказался, несмотря на его эйфорию он пытался меня просто, напросто закабалить. Но так как у него не было на меня рычагов давления, скрипя зубами он был вынужден согласиться на мои условия.

Никаких считываний мыслей, свободный график посещения и два часа в день работы в качестве целителя — диагноста. На зарплате.

— У вас же великий дар, а вы идете на простую зарплату — сокрушался он - все равно в будущем надеюсь вас уговорить. Он не понимал одного, все его аргументы сводились к деньгам, а вот отсутствием их я не страдал.

На этой ноте мы с ним и расстались. Вот и еще один этап по моей легализации прошел.

Я с Алексом и Эрикой возвращались домой.

Да в собственный дом, где прошло мое детство и становление.*

Домой приехали уже ближе к вечеру, перед этим заехав по дороге в какой-то супермаркет. Мы с Эрикой ходили по залу и затаривались продуктами, кидая их в тележку, а Алекс стоял и ждал нас на выходе.

Набрались столько, что пройдя через кассу и рассчитавшись с покупками, в каждой руке у меня было по три пакета, да к груди прижата коробка с печеньем. У Эрики было тоже самое.