– Но как ты нашла Романа?
– Видишь ли… Когда погиб Макс, вся ее взрослая, такая женская жизнь развалилась, и она снова стала ребенком, маленькой тринадцатилетней девочкой. А эта тринадцатилетняя, хотя и очень умненькая девочка совершенно не знала, что ей делать со стреноженным Романом.
Думаю, она подсознательно хотела, чтобы кто-то побыстрее нашел Романа и избавил ее от всех решений… Именно поэтому она так медленно шла по палубе. Может быть, она даже видела меня и сознательно привела к нему…
– Знаешь, Ева, Сокольников попросил у меня пистолет.
И я его отдал…
* * *…Где-то вдалеке, у самой кромки выпуклого горизонта, послышался далекий гул вертолета. Кошмар заканчивался. Кошмар, в котором был только один плюс: я нашла человека, с которым останусь навсегда…
– Я надеюсь, что он не выстрелит.
Ни в себя, ни в нее… Хватит жертв, правда?
– Знаешь, о чем я подумал?
– О чем?
– О том, что все-таки хочу девочку. И чтобы она была похожа на тебя…
Гул винта становился все сильнее, а спасение все ближе.
Скоро вертолет зависнет над палубой, и ты, Ева, сможешь сказать себе: вот и все. Все только начинается, все только начинается…"
