Коренной перелом

На подлете к Мурманску ему пришлось пережить несколько неприятных минут, когда к хвосту их одинокого «либерейтора» попытались нагло пристроиться четыре «мессершмитта», о чем их вежливо предупредили с земли: «Американец, у тебя четыре бандита на хвосте». Стрелки уже приготовились открыть огонь, чтобы подороже продать свои жизни, но все обошлось. Навстречу американскому бомбардировщику вылетела русская четверка на ленд-лизовских истребителях Р-39 «Аэрокобра», которые отогнали разбойников и вроде бы даже кого-то из них сбили.

Дальнейший перелет до Москвы проходил под истребительным прикрытием и без особых происшествий.

Садился Б-24 в Кратово, на единственном под Москвой аэродроме, имевшем бетонированную полосу подходящего для него размера. Выбираясь на взлетно-посадочную полосу на негнущихся ногах из самолета, Генри Уоллес увидел не только русские тяжелые бомбардировщики Пе-8, часть из которых уже была перемоторена на американские двигатели, но и несколько фантастических машин такого же размера, как и Б-24 с Пе-8, остроносых, стреловидных, закутанных в брезент и накрытых маскировочной сетью.

Уоллес догадался, что это и был тот самый знаменитый «ужас люфтваффе», держащий в страхе целые воздушные флоты Германии. Впрочем, если верить мистеру Хэмингуэю, в битве за Брянск и Орел русские обходились почти без их помощи, сумев самостоятельно устроить хорошую трепку асам Геринга.

Тут же, на аэродроме, вице-президенту Уоллесу сообщили, что советский вождь – если у американского гостя появится такое желание – готов немедленно принять его без лишних церемоний.

Потом была недолгая поездка по полупустынным вечерним московским улицам в посольском «паккарде», встреча с русским переводчиком и недолгое путешествие по гулким кремлевским коридорам. И вот он в самом главном кабинете России, именно отсюда расходятся по огромной стране приказы и распоряжения, несущие волю стоящего сейчас перед ним в середине комнаты невысокого человека с рыжевато-седой головой.

– Добрый вечер, господин Верховный Главнокомандующий, – произнес Уоллес, остановившись в двух шагах от мягко затворившейся за ним входной двери.

– Добрый вечер, мистер вице-президент, – с легкой усмешкой ответил Сталин, разглядывая своего гостя.

«Так вот ты какой, мистер Уоллес, – подумал Верховный, – вроде приличный человек, а в голове каша из американского капитализма, европейского социализма и русского коммунизма. Да еще в придачу поклонник учения Николая Рериха, что вообще, как выражаются потомки, “ни о чем”.