Коренной перелом

Кое-кого, конечно, пришлось убрать с глаз долой, чтобы не мешались, но не стоит жалеть об этих людях. Кто они – дураки или просто предатели, – пусть разбирается следствие. За каждую их ошибку или изменнический приказ нашей армии приходилось платить тысячами жизней бойцов и командиров.

Назначив вас командующим Центральным фронтом, находящемся на направлении главного вражеского удара, партия и правительство оказали вам высочайшее доверие как лучшему нашему командующему фронтом, который уже спас от захвата врагом Ленинград и Москву.

Мы рассчитываем, что вы полностью его оправдаете. Приказ вашему фронту будет только один – ни шагу назад! Все, что для этого нужно, мы вам уже дали. Вам это понятно, товарищ Жуков?

Жуков вскинул вверх подбородок.

– Так точно, товарищ Сталин, понятно, – отчеканил он. – Враг не пройдет. Ни один немец не сможет прорваться через нашу оборону ни на танке, ни на палке верхом.

Вождь повертел в руках незажженную трубку и положил ее обратно на стол.

– Теперь, товарищ Жуков, – задумчиво произнес он, – давайте поговорим о второй, наступательной, фазе операции.

Если вы полагаете, что сосредоточенная в районе Орла ударная группировка подчинена командованию Брянского фронта, то это не совсем так. В настоящий момент 2-я ударная армия и оба механизированных корпуса ОСНАЗ подчинены только Ставке, и больше никому. И лишь с момента начала нашего наступления они поступают в ваше оперативное подчинение. Успех товарища Бережного будет и вашим успехом.

После этих слов Верховного Жуков немного приободрился. Ведь он поначалу подумал, что ему поручены только все тяжелые и неприятные моменты в ходе операции «Орион», а ставшему любимцем Сталина Бережному достанутся все лавры. Но это оказалось не так. Будущий маршал Победы был, конечно, в меру самолюбив и тщеславен и довольно ревниво наблюдал за чужими победами. А тут успех в операции стратегического масштаба намечался как бы не совсем чужой, а очень даже общий, под его, Жукова, чутким стратегическим руководством.

Если же этот Бережной разгромит во встречном сражении танковую армию Роммеля, так это будет совсем здорово.

«Разбил же он гораздо меньшими силами, в столкновении лоб в лоб, кампфгруппу Гудериана, – подумал Жуков, – да так, что немцы остались лежать в поле, а бригада Бережного рванула дальше, как поется в песне – “гремя огнем, сверкая блеском стали”. Надо будет назначить к нему в штаб офицером связи своего человека.