Коробка Наказаний

В комнате звучит достаточно эротичная композиция, заранее что ли подготовил мелодию?

— Ты долго будешь пялиться в одну точку и стоять как дуб средь поля? Давай начинай, требую хлеба и зрелищ, — выдает Захар и пристально меня сканирует.

Внутри поднимается что-то наподобие злости. Это кто дуб, я?

Плавно начинаю двигать бедрами, музыка, и правда, неплохая. Настраивает на спокойствие и расслабление. Вспоминаю, что на мне отличное белье и красивые чулки с подвязками и понимаю, что Властный не зря предупредил быть в боевой сексуальной готовности.

Рукой провожу по линии тела, останавливаюсь на талии, веду дальше и пальцем провожу по контуру пухлых губ, видела подобное в кино и запомнила, так как понравился момент.

Разворачиваюсь спиной к Захару и слегка прогибаюсь, пусть любуется упругими красивыми ягодицами, что-что, а с этой частью тела у меня все в порядке. Прихватываю концы платья и начинаю очень медленно его подтягивать вверх, оголяя свою пятую точку. Представляю, какой там вид сзади, надеюсь, Властный кусает свои локти.

— Снимай платье, — слышу его хриплый голос, подначивающий меня.

Эротично свожу ноги крест накрест и поворачиваюсь к Захару лицом, смотрю в его глаза и вижу там интерес, в зрачках горят пожары, понимаю, что ему нравится происходящее. Снимаю полностью с себя платье и остаюсь в нижнем белье. Парадоксально, но чувствую себя уверенно. Тот взгляд, которым меня одаривает Властный — подстегивает. Хочу, чтобы он видел, что я вовсе не бревно.

В голове сумбур, с одной стороны я выслуживаюсь перед совершенно посторонним человеком, отрабатывая долги, которые принадлежат не мне, с другой — я хочу понравиться жесткому и категоричному тирану.

По какой причине, сама не могу понять.

— Давай, ускоряйся, пора приступить к той части, где ты останешься обнаженной, — приказывает мне строгим голосом.

Невольно покрываюсь ознобом. Даже при своем парне я никогда не позволяла себе такого поведения, откровенно говоря, я очень зажатый и закомплексованный человек, несмотря на то, что фигура позволяет чувствовать себя уверенно в любой одежде.

Привитые родителями комплексы, что я полный и никчемный ноль, намертво вдолблены в голову.

— Раздевайся! — повторяет Захар, голос словно сталь, заметно, что его раздражает моя медлительность.

Дрожащими руками расстегиваю бюстгальтер и откидываю его. От прохладного воздуха, мои соски становятся твердыми.

— Трусики, — показывает пальцем Властный, и я, словно кукла, послушно их с себя стягиваю.