Король Алчности (ЛП)

Вот тебе и семья.

Его челюсть снова дернулась.

— Не вешай это на меня. Если бы ты послушал…

— Анонимного звонившего, использующего искажатель голоса? Не могу себе представить, почему бы мне не воспользоваться деловым советом от такого человека, — я едва мог слышать свой голос сквозь стук сердца. — По крайней мере, будь честным. Какая-то часть тебя всегда хотела это сделать. Ты хотел заставить меня заплатить за предательство, и это твой шанс. Так сделай это. Прямо сейчас, лицом к лицу. Ты ждал этого пятнадцать лет, — я схватил его за запястье и сильнее прижал пистолет к своей коже.

 — Сделай это."

"Нажми.

Мое сердце билось быстрее, чем я дышал. Кислород превратился в осадок, и едкость царапала мою кожу, как лезвия бритвы.

Глаза моего брата сверкнули, и на секунду, всего на секунду я подумал, что это все.

Но затем Роман прошипел проклятие, и ощущение металла исчезло от моей кожи. Он отступил назад, его пистолет все еще был направлен на меня.

— Если я не убью тебя, — сказал он, — они убьют нас обоих.

Если только… — я ждал, находясь между облегчением и страхом. — Ты отказываешься от сделки. Уходишь от DBG, Дом, и, возможно, я смогу убедить их оставить нас в живых.

— Сделано.

— Не лги мне, — Роман знал меня слишком хорошо, чтобы поверить мне на слово. — Если я позволю тебе уйти, а ты все равно завершишь выкуп, никакие меры безопасности не смогут спасти ни тебя, ни меня. Речь больше не пойдет о клиенте. Речь пойдет об их репутации, и они пойдут на все, чтобы защитить свою репутацию.

Поверь мне, — тени прокрались в его глаза, отголоски ужасов, которые лучше было бы оставить погребенными.

Удар моего пульса заставил мои вены заболеть.

Я планировал сделать именно то, что он подозревал. Я выйду, подпишу сделку и выслежу того, кто стоит за этим сегодня вечером. Я не успокоюсь, пока они не умрут, каждый из них.

— Это банк, — Роман не сводил с меня взгляда. — Один банк. Стоит ли оно того, что ты можешь потерять?

Стук усилился.

Это должно было быть несложно. Отказаться от сделки и жить, не оглядываясь каждый день.

Но выкуп DBG касался не одного банка. Это была кульминация всего, что я пытался сделать с тех пор, как стал достаточно взрослым, чтобы понять, что мне не обязательно оставаться в своем дерьмовом городе.

Никто никогда не покупал банк такого размера до тридцати пяти лет. Я был бы первым. Было бы плевать на каждого скептика, с которым я сталкивался, и на каждого учителя, который говорил, что я ничего не значу.