Король арены

— Ты знаешь другой способ заставить наш Научный совет поделиться со мной печеньками?

— Какими печеньками?

— Вкусными! — потёр я руки, мысленно подготавливая аргументы.

— Поверить не могу, что я лечу менять свою судьбу, — захлёбываясь слюной и сладким синтетическим напитком, вещал Руди в камеру, — Я даже приехал на час раньше, чтобы избежать любых случайностей.

— Я тебе пару приятных сюрпризов к прилёту подготовил, — улыбнулся в ответ Аби, глядя на нетерпеливо ёрзающего приятеля, оказавшегося гениальным режиссёром коротких роликов.

Впрочем, свою роль Аби тоже не собирался умалять.

Идея с королём арены — его. Её реализация — тоже его заслуга. Теперь уже плевать, что наёмниками был снят слепок сознания немного не с того типа, на который Аби рассчитывал, но это оказалось к лучшему. Перекачанные бойцы и сверхгрудастые тёлки у любой студии есть, а вот такого, чтобы поржать от души, глядя на его похождения, нет ни у кого. Недаром отец уже который день на сына с одобрением посматривает, и довольно крякает, изучая текущую статистику просмотров и дневную выручку студии.

— Умру от любопытства, раньше, чем долечу, — пообещал Руди.

Причём, на полном серьёзе.

— Если я сейчас скажу, то ты умрёшь, не долетев. Яйца лопнут.

— Я в туалете подрочу, — возразил приятель, и вовсе не похоже, что в шутку.

— Ну смотри сам. Я предупредил. Короче, я тебе дом снял, недалеко от себя, где тебя ждут две служанки. Из моих, проверенных. Так что ты там, в туалете, здорово-то не загоняйся. Им что-нибудь оставь.

— Уу-у-у… Аа-у-у-у… — пропало с экрана лицо Руди, упавшего в экстазе на пол.

Это утро начиналось, как обычно. Впрочем, всё изменилось уже к концу первой пары. Я поймал себя на том, что внимательно рассматриваю сидящих в аудитории девушек и мой интерес очень далёк от построения платонических отношений. Прямо скажу — рассматриваю я их с вожделением, достойным сексуального маньяка. В качестве побочного явления присутствует железобетонный стояк.

— Чёртовы красноголовики, — выругал я про себя местный вид грибов, сообразив, что является первопричиной моего необычного состояния.

Я повернулся к Федру, чтобы неприлично выразить ему своё мнение по поводу чудодейственного средства, но увидев его лицо, сдержался. Приятеля проняло куда как больше, чем меня. Он сидит, отрешённый от всего мира, уставившись на голое колено соседки, и чуть слюну не пускает.

Промучились мы до обеда. Повезло, что сегодня были лекции и нам никто вопросов не задавал.

После обеда немного отпустило.