Король арены

В Академию его сманили высоким окладом и служебной квартирой, заметно отличающейся от всего того, где ему приходилось жить все предыдущие годы. По меркам армии — просто трёхкомнатный генеральский люкс, а не квартира. Произошло это после того, как на летнем Императорском смотре физподготовку боевых магов посчитали недостаточной и порекомендовали Академии уделять больше внимания этому предмету. Тут-то руководство Академии и засуетилось, разыскивая инструкторов с армейским опытом. И всё бы хорошо, но Балич только теперь начал понимать, как непросто будет из предоставленного ему «мяса» сделать подготовленных бойцов.

Слишком худосочными выглядели студенты, и даже тот, что мялся сейчас под турником, никак не тянул по своему виду хотя бы на призывника, хоть и выглядел покрепче остальных. Всё-таки в армию берут с восемнадцати лет, а студентам — второкурсникам только шестнадцать — семнадцать. Хлипковаты парни на вид, да и девушки недалеко от них ушли, хотя среди них уже имеются почти что оформившиеся особы.

Между тем рыжий наконец-то запрыгнул на турник, причём, лишь со второго раза. Повиснув, он заболтал полусогнутыми ногами, пытаясь раскачаться. Балич уже хотел прервать это издевательство над его предметом, как вдруг студент лягнул воздух и непонятным образом оказался поверх перекладины, скрючившись и лёжа на ней животом. Медленно, очень медленно, он выпрямил руки, отчаянно покачиваясь и с трудом сохраняя равновесие. Затем рыжий начал, так же не спеша, выпрямлять ноги, успев по пути почесать одну об другую, и наконец вытянулся свечкой, стоя на руках.

— Теперь оборот и кувырок, — негромко пробормотал Ларри, словно про себя, но во всеобщей тишине его услышали даже те студенты, которые стояли в самом дальнем конце строя. — Алле! — выкрикнул он, резко. Не отрывая рук и не сгибая ноги он крутанулся вокруг перекладины и отпустил её на подъёме. — Ап! — приземлился рыжий на землю, расставив руки в стороны и слегка присев при приземлении.

Кувырок в воздухе и приземление были исполнены очень чисто, что вовсе не удивительно для человека, занимающегося с пяти лет цирковой акробатикой во всех её видах и подвидах.

Куда сложнее оказалось приноровиться к чересчур высокому турнику.

— Браво! — захлопал в ладоши Балич, восхищённо покрутив головой, — Только это не «солнышко». Смотрите, как надо.

«Солнышко» было коньком Балича, что он в следующие секунды и продемонстрировал, сорвав восхищённые возгласы студентов и робкие аплодисменты от студенток.