Король арены

К ним, в конце года, добавляется три дня, не относящихся ни к какому из месяцев. Их так и называют — Три дня.

На эти дни приходится настоящий звездопад церковных и государственных праздников.

Но не это главное. Сегодня восьмое число Первоосени, по-нашему — восьмое сентября. А значит, у меня осталось всего семнадцать дней, чтобы выбрать клуб и зарегистрировать в нём своё участие.

— Слушай, Эмгана, — соглашаюсь я на некоторый компромисс в общении, — А ты можешь мне внятно объяснить, что это было в прошлом году? У меня просто уши завяли от твоих постоянных ехидных замечаний и подколок.

— Должны же у тебя быть друзья, — опрокинула она меня навзничь одной фразой, словно черепаху на панцирь перевернула.

Сама при этом вперила глаза в небо, изображая высшую справедливость…

— Э-э, Эмгана, я всё ещё здесь, — на всякий случай помахал я ладонью у неё перед лицом, — Ты точно уверена, что все те тонны издевательств от тебя — это дружеское участие?

— Конечно! Постоянный раздражитель, порой доводящий тебя до бешенства.

— Аум-м… — издал я универсальный звук, вибрирующий во вселенной.

Одна девушка, из наших цирковых, когда-то научила. Помнится, как она после бурного секса утверждала, что произнесение этого звука помогает обрести спокойствие ума, тела и души благодаря сочетанию вибраций в теле и во вселенной.

— Аум-м… — попробовал я ещё раз.

Нет, ни хрена не помогает. Видимо вселенная неправильная попалась.

— Скорее, офигеваю, — злобно зыркнул я на Эмгу, втянувшую под моим взглядом голову в плечи, — Ты хочешь сказать, что бесила меня целый год ради моей же пользы? А как же тогда остальные? Они брали с тебя пример и издевались надо мной! Мне их тоже считать друзьями?

— Извини, — прошелестело бесцветное недоразумение.

Я обошёл вокруг девушки, критически оглядывая её со всех сторон. Староста попыталась улизнуть, потянув было с парты свою сумку, но я был наготове и все поползновения пресёк.

— Дурак! — отчаянно пунцовая Эмгана попыталась протиснуться к двери, стоило мне взяться за парту — преграду.

— Стоп! — заметил я пропущенную деталь, возвращая движением бедра парту на место, — Это ещё что?! Откуда ты взяла детские сандалики? Деньги на туфли или босоножки у тебя есть или дать?

— Есть, — чуть слышно пискнула староста, как будто ей перестало хватать воздуха.