С ним было любопытно разговаривать, с ним было комфортно молчать. От поцелуев сносило крышу, а в объятьях она забывала себя.
У нее были раньше поцелуи с парнями, но единственная реакция на них – смех. Никогда того дикого возбуждения, что испытывала с королем. И каждый раз казалось, что вот-вот готова сдаться. Останавливал страх неизвестности и то, что Фил до сих пор не сказал самых важных слов. А скажет ли вообще? Что она знает о взрослых мужчинах? Все же девять лет разницы в возрасте – много. Хоть Харпер и не засветился в прессе так же часто, как Кирилл, ясно же, что никогда не ограничивал себя с женщинами.
Чего стоят его поцелуи. Невозможно это делать так, имея скромный опыт.
И все же Филип не допускает ничего лишнего. Сдержан до безобразия. Иногда хочется, чтобы его тоже сорвало с катушек. Ан нет, спокоен и невозмутим. Заботливо наполнил ее тарелку какой-то едой. За руку держит.
Спохватилась и обругала себя. Что придирается к человеку? Лучше б было, если бы потащил в постель? Сама первая послала куда подальше.
Поэтому дышим спокойно и принимаем все как есть. Просто, как истинный король, Филип никуда не торопиться, а хочет все сделать красиво и правильно.
«Ну-ну. Убеждай себя и дальше, - прозвучал в голове ехидный голосок ведьмочки, - думаешь, прям в любви объяснится, и кольцо на пальчик наденет?»
Признаться честно, надеялась. Но здравый смысл подсказывал, что даже теоретически невероятно.
Вон Катя с Андреем сбежали, за ними и Макс с Мишель. И судя по взглядам, эти парочки явно не гулять по пляжу будут всю ночь.
Словно отвечая на ее мысли, Фил предложил погулять. Что и требовалось доказать. Оксана и Кир согласились. И вроде тоже не собираются сегодня заканчивать вечер, кувыркаясь в постели, но между ними прям искрит. Их прикосновения, взгляды – все пропитано страстью и, если не любовью, то как минимум пылкой влюбленностью. Еще и приправлено легким алкогольным опьянением.
Искоса глянула на Фила. Серьезен. Слишком. Хмурится озабоченно. Но ее руку не выпускает из своей.
Нет, пусть влюбленные побудут наедине. Их объятья уже слишком интимны, а руки Одинцова слишком бессовестны.
Маша постаралась незаметно отстать от них. А потом. Убедившись, что ее услышат, сказала:
- Все, мне нужно посидеть. Ноги дальше идти отказываются.
Поскольку они с Оксаной давно разулись и шли по воде, заставив и парней повторить за ними, то шлепнулась прямо на влажный песок. Ничего, высохнет потом. Море теплое. Не первый раз.
