Не в силах больше оставаться на месте сбежала, пробормотав:
- Извините, я нечаянно.
Влетела в каюту. Ее реально потряхивало. Рванула в ванную, услышав, что дверь открывается. Залезла в душ, включив воду на полную мощь.
Нет, так не бывает. Не могло быть, что Фил пришел к этой сексуальной красотке именно тогда, когда ей самой вздумалось явиться. Такие совпадения невозможны. А значит, он каждый вечер проводит в компании куриц, предпочитая их. А она лишь помеха в его каюте.
Он не стучал, не пытался объясниться, пока она мылась.
Вообще на удивление тихо. Может ей показалось, и в каюту никто не заходил? Вылезла из душа и накинула махровый халат. Приоткрыла дверь. Тишина. Темнота. Есть кто? Взгляд на кровать. Темный силуэт. Значит, пришел и лег спать. Пусть. Выяснять отношения – не ее. Кричать не умеет.
- Успокоилась? – раздался ровный голос Харпера.
Да, но снова рассвирепела. Вы послушайте его тон! Словно девочку неразумную спрашивает.
Прошла на кровать и легла к нему спиной. Она не будет кричать, как бы ни хотелось.
А ведь действительно хочется. Никогда не возникало таких дурных желаний, а сейчас… двух вылитых стаканов не хватило, чтобы выместить свою злость и обиду.
- Машааа. – Не отвечать. Стоит одному слову вырваться, дальше не остановишь. Поэтому молчать. – Маш, у тебя нет повода для ревности.
Закусила губу. Ревности? Дело не в ревности! То есть и в ней тоже, но не на первом месте. Зарылась поглубже в одеяло.
Фил тяжело вздохнул.
- Ты же знаешь, меня не интересуют ваши курицы. Я зашел незадолго до тебя, а тут Пэм.
Солнце, скандал яйца выеденного не стоит.
Маша прикусила палец – так хотелось заорать.
- Маш, хватит. Компот и ледяная вода – вполне достаточное наказание."
"Нет, он, правда, не понимает? Хотя, может, по его мнению, она не имеет право злиться? Ведь главных слов так и не сказано. Но он же предлагал встречаться, значит, все же имеет…
- Так и будешь молчать? Хорошо молчи. – Он зашевелился и, видимо, отвернулся. На душе стало как-то мерзко. Разве она не имеет права злиться? Он предлагает встречаться на берегу, потом селит в своей каюте, и всё! Будто отрезало.
Ни ласки, ни поцелуев, ни разговоров по душам. Где-то шатается до ночи, потом приходит и спит. А утром его снова не видно, не слышно. Избегает – единственный вывод. А зачем? Пожалел о своем решении – единственное объяснение. Других она не видит.
Маша накрутила себя до злых слез. Именно злых. И плевать, что в груди от обиды все рвется. Она злая!
Закусила кончик одеяла.
