Король гнева (ЛП)

Сначала мягко, потом все увереннее, я вошла в ритм, облизывая, посасывая и покачиваясь до тех пор, пока не обмякла.

Я не должна была уже так возбуждаться. Мои соски не должны быть такими твердыми, а кожа такой чувствительной. Каждое легкое касание его штанины не должно посылать новые разряды электричества.

Но я была, и они были, и я тонула в таком количестве ощущений, что не могла вспомнить, где мы находимся и как сюда попали.

Я только знала, что не хочу уходить.

Руки Данте погрузились в мои волосы, когда машина набирала скорость, непроизвольно заставляя его глубже проникнуть в мое горло.

Я захлебывалась, задыхаясь и булькая, заполняя машину, так как изо всех сил старалась вместить лишние дюймы, но не отстранилась.

— Блядь, детка. — Его стон вырвался у меня в животе. — Это так приятно.

Я подняла голову, мои глаза были затуманены слезами от того, что я так глубоко вошла в него, но гордость пронеслась во мне, когда увидела, как удовольствие вырезает резкие, чувственные линии на его лице.

Его глаза были закрыты, голова откинута назад, чтобы обнажить сильную, загорелую колонну его горла.

Его грудь вздымалась и опадала от неглубоких вдохов, а мышцы напрягались каждый раз, когда я проводила языком по нижней стороне его члена. Его пальцы задушили мои волосы до такой степени, что боль и удовольствие слились в одно целое.

Было что-то такое пьянящее в том, что такой человек, как Данте, находится в моей власти. Я могла либо вывести его за грань, либо удержать там навсегда. Его наслаждение было полностью в моих руках, и это знание пульсировало между моих бедер с большой настойчивостью.

Я увеличила темп, мои руки работали в тандеме с моим ртом, и как раз когда я думала, что он кончит, он обхватил мои волосы одной рукой и оттянул мою голову назад.

Мой крик протеста затих, когда он поднял меня на колени и прижался своим ртом к моему. Его возбуждение прижалось к моей груди, отделенной лишь тонким слоем шелка, и я инстинктивно прижалась к нему, отчаянно желая большего трения.

Еще один резкий стон пронесся по моему позвоночнику.

— Ты станешь моей погибелью. — Щетина Данте заскребла по моей коже, когда его рот провел огненную линию по моей шее.

Он сомкнул зубы на бретельке моего платья и осторожно потянул ее вниз, одновременно приподнимая мои бедра, чтобы сдвинуть в сторону мои промокшие стринги.

Я не успела ничего сделать, кроме как задохнуться, прежде чем он оказался внутри меня, заполнив меня до отказа всего одним толчком.