Король гнева (ЛП)

все это было связано с цифрой восемь. Я готов поспорить на жизнь своего брата, что у него было восемь копий фотографий для шантажа.

Кристиан уже выслеживал оставшиеся три комплекта. Как только он их найдет, для Фрэнсиса, мать его, Лау, игра закончится.

Впервые за этот вечер я улыбнулся.

Остаток ужина прошел без происшествий. Вивиан и ее мать поддерживали разговор, хотя мне потребовалась вся моя сила воли, чтобы не выйти из себя, когда Сеселия укоряла ее за «неправильный» оттенок макияжа или когда ее отец отменил ее выбор десерта, настояв на том, чтобы она попробовала шоколадный тарт из ресторана вместо чизкейка.

Я не знал, что хуже — властное отношение родителей или готовность Вивиан его терпеть. Она бы никогда не позволила мне разговаривать с ней так, как они.

— Что бы ты ни хотел сказать, говори, — сказала она, когда мы вернулись домой. Она сняла серьги и бросила их в золотое блюдо на комоде. — Ты молча кипятился всю дорогу домой.

Я снял пиджак и бросил его на спинку стула. — Я не злюсь. Просто интересно, как ты преодолела свое пожизненное презрение к баранине за последние двадцать четыре часа.

Вивиан вздохнула. — Это одно блюдо. Ничего особенного.

— Дело не в еде, Вивиан. — Возмущение кипело в моих венах. — Дело в том, как твои родители обращаются с тобой, как с ребенком. Дело в том, что ты превращаешься в картонную выкройку себя, когда находишься рядом с ними. — Я жестом показал на ее наряд. — Это не ты. Ты ненавидишь ягненка. Ты не любительница твида и жемчуга. Тебя бы не застали в таком наряде в обычный день.

— Ну, сегодня не обычный день. — В ее голосе проскользнул намек на раздражение. Не я одна сегодня была на взводе. — Ты думаешь, мне нравится, когда мои родители появляются в последний момент? Или что мне нравится, когда меня критикуют за все, что я говорю и ношу? Может быть, если бы их здесь не было, я бы надела совсем другое, и, может быть, я бы не заказала барашка, если бы отец не настоял, но иногда приходится идти на компромисс, чтобы сохранить мир. Они здесь на два дня.

— В этот раз на два дня, а как насчет будущего? — спросил я, мой голос был твердым. —Каждый праздник, каждый визит, до конца жизни. Скажи мне, что это не утомительно — притворяться тем, кем ты не являешься, перед двумя людьми, которые должны принимать тебя такой, какая ты есть.

Вивиан напряглась. — Люди делают это каждый день. Они ходят на работу и показывают одну сторону себя. Они встречаются с друзьями и показывают другую сторону.