Король гнева (ЛП)

— Есть замечательная джазовая певица, которая согласилась выступить за половину своей обычной цены, учитывая аудиторию, которая будет присутствовать.

— Как мило, — сказала Баффи. — Однако я подумала, что вместо нее мы должны заказать Веронику Фостер.

— Вероника Фостер... сахарная наследница?

— Она перешла на музыкальную сцену, — плавно сказала Баффи. — Я уверена, что она оценит возможность выступить на балу. Как и я.

Ее меткое высказывание пронзило мое замешательство.

Я вдруг вспомнила другую причину, по которой имя Вероники показалось мне знакомым.

— Я буду рада встретиться с ней и просмотреть ее запись, если она у нее есть. — Я сохранила спокойный тон, несмотря на узлы, скрутившие мой желудок. — Однако, я не могу гарантировать место в составе. Как вы знаете, расписание очень плотное, и я уже договорился с джазовой певицей.

Глаза Баффи остыли до голубого льда. — Я уверена, она поймет, если тебе придется отменить встречу, — сказала она, ее улыбка была нетронутой, но более резкой.

Невысказанная угроза нависла над столом, как гильотина.

Напротив меня Изабелла и Слоан наблюдали за происходящим с расширенными глазами и ледяной яростью, соответственно. Я могла сказать, что Слоан сдерживала себя от некоторых эпитетов, но, к счастью, она не вмешалась.

Между визитом родителей, моим спором с Данте и головной болью, с которой я столкнулась из-за мяча, я достигла конца своей веревки.

— Да, конечно, — сказал я в ответ Баффи. Под моим вежливым тоном скрывался мороз. — Вот почему каждая деталь должна быть безупречной, включая исполнителей. Как председатель комитета Бала Наследия, я уверена, вы понимаете, что меньшее, чем совершенство на сцене, не будет идеальным. Я полностью верю в преданность Вероники своему ремеслу, поэтому прослушивание не должно стать проблемой. Вы согласны?

Звуки из ресторана превратились в белый шум, а сердцебиение барабанило в моих ушах.

Я сильно рисковала, оскорбляя Баффи в присутствии других людей, но мне надоело, что люди пытаются манипулировать мной, заставляя делать то, что они хотят.

Она может внести меня в черный список после бала, но до тех пор на кону стояло мое имя на приглашениях и моя профессиональная репутация. Будь я проклята, если позволю кому-то разрушить то, ради чего я работала годами, во имя плохо скрываемого кумовства.

Баффи уставилась на меня.