Король гнева (ЛП)

— Ты собирался сказать мне, что мы ждем гостей, или это должно было быть сюрпризом? — мои пальцы сжали ремешок сумки. — Или я вообще не приглашена на трапезу?

Грета рубила быстрее, ее взгляд был прикован к чесноку.

— Не будь смешной, — сказал Данте.

Мое терпение лопнуло пополам.

Я изо всех сил старалась быть отзывчивой, но мне надоело, что он относится ко мне как к чужаку, с которым вынужден делить дом. После волшебного Парижа и прогресса, которого мы добились за последние несколько месяцев, наши отношения вдруг скатились до уровня лета прошлого года.

Тогда это было понятно.

А теперь, после всего, что мы разделили? Это было неприемлемо.

— Что из этого смешно? — потребовала я. — Та часть, где я прошу своего жениха проявить обычную вежливость и сообщить мне, когда к нам приходят гости? Или та часть, где мы так отдалились друг от друга за одну неделю, что я не удивлюсь, если ты меня исключишь? Я хотела бы знать, потому что, черт возьми, это не я веду себя неразумно!

Нож Греты завис над разделочной доской, а она смотрела на меня широко раскрытыми глазами.

Это был первый раз, когда я повысила голос в ее присутствии с тех пор, как переехала, и только четвертый раз, когда я повысила голос вообще. Первый раз — когда моя сестра одолжила и потеряла одну из моих любимых книг с автографом в старших классах. Второй — когда родители заставили меня порвать с Хитом, а третий — в ту ночь, когда Данте нашел Хита в квартире.

Кожа Данте натянулась на скулах.

Напряжение было настолько удушающим, что обрело собственную жизнь, заползая в мои легкие и погружаясь в кожу.

— Я только что вспомнила, что скоро ожидается доставка продуктов, — сказала Грета. — Дай-ка я проверю, где они.

Она бросила нож и помчалась быстрее олимпийца, борющегося за золото.

Обычно мне было бы неловко устраивать сцену, но я была слишком на взводе, чтобы беспокоиться.

— Это ужин, — прорычал Данте. — Кристиан не говорил мне, что будет в городе, до вчерашнего дня.

— Тогда ты мог бы сказать мне, что он приедет вчера! — мой голос снова повысился, прежде чем я смогла втянуть больше кислорода через нос. — Дело не в ужине, Данте. Дело в твоем отказе общаться как нормальный человек. Я думала, мы это уже прошли, — эмоции забили мое горло. — Мы обещали, что не будем так поступать. Вести себя как чужие. Отключаться, когда будет трудно. Мы должны были быть партнерами.