Король гнева (ЛП)

Часть меня хотела убежать в безопасное место в своей комнате. Другая часть хотела остаться и посмотреть, как долго я смогу играть с огнем и не обжечься.

— Принглс, огурцы и пудинг. — Данте спас меня от принятия решения. — Интересное сочетание.

Облегчение ослабило узел в моей груди. Дышать стало легче, теперь мне было на чем сосредоточиться, кроме как на нежелательной реакции моего тела на него.

— Это вкусно, не осуждай, пока не попробуешь. — Я снова взяла под контроль свои конечности и обошла его стороной, направляясь к острову.

Его взгляд преследовал меня, настойчиво давя на поясницу.

Я открыла банку Принглс. Не оборачивайся.

— Прошу прощения. Я не вправе ставить под сомнение твой выбор закусок. — В его голосе прозвучало сухое веселье.

Я услышала, как позади меня открылся холодильник, затем послышался звон столового серебра и щелчок закрывающейся дверцы шкафа.

Через минуту Данте опустился на табурет рядом со мной.

Мой рот приоткрылся, когда он начал собирать свою закуску.

— Ты смеешься надо мной за мой выбор блюд, а сам льешь на мороженое соевым соусом?

Прежнее напряжение отступило перед лицом моего шока.

Забудьте о том, как напрягались его мышцы при каждом движении или как рубашка обтягивала его торс.

Он совершал преступление против человечества прямо на моих глазах.

—— Поливаю, а не лью. И не осуждай это, пока не попробуешь, — насмехался Данте, возвращая мне мои предыдущие слова. — Готов поспорить, это вкуснее, чем та мерзость, которую ты собрала.

Он поднял бровь на чипсы в моей руке, которые я обмакнула в пудинг и увенчала соленым огурцом.

Мои глаза сузились в ответ на молчаливый вызов.

— Я сомневаюсь в этом. — Я подняла его руку и опустила свою собранную закуску в его раскрытую ладонь. Он уставился на нее так, словно это был кусочек старой жвачки, прилипший к его ботинку. — Давай поменяемся и посмотрим, кто не прав, а кто прав.

Я притянула его миску к себе, скорчив гримасу.

Я любила мороженое и любила соевый соус... по отдельности. Некоторые вещи не должны смешиваться, но я готова была подавиться им, чтобы доказать свою точку зрения.

А именно: я была права, а он — нет.

— Я всегда прав, — сказал Данте. Он посмотрел на меня, а затем на мою закуску с намеком на интригу. — Отлично. Я откушу. На счет три.

Я чуть не спросила, был ли этот каламбур нарочным, пока не вспомнила, что его чувство юмора развито слабее, чем словарный запас младенца.

— Один, — сказала я.

— Два. — Его гримаса совпадает с моей.