Король гордости (ЛП)

Моя бровь изогнулась в вызове.

— Покупать тебе пельмени в тридцати шести лучших ресторанах Нью-Йорка, чтобы ты могла выбрать, какой тебе больше нравится? Я бы сказала, что это и то, и другое. Не волнуйся. — Я похлопала ее свободной, не набитой попкорном рукой. — Я не имела в виду это в плохом смысле.

Если кто-то и заслуживал дополнительной любви и нежности в своей жизни, так это Вивиан. Снаружи ее жизнь казалась идеальной. Она была красивой, умной и владела успешной компанией по организации роскошных мероприятий.

Она также была наследницей состояния Lau Jewels, но за деньги пришлось заплатить — ей пришлось расти с Фрэнсисом и Сесилией Лау, которые были, за неимением лучшего слова, полными придурками. Ее мать постоянно критиковала ее (хотя сейчас реже, чем раньше), а отец отрекся от нее после того, как она дала ему отпор.

Фрэнсис был главной причиной, по которой отношения Вивиан и Данте так непросто начинались, но, к счастью, они прошли через это и теперь были так тошнотворно милы вместе, что у меня болели зубы каждый раз, когда я оказывалась рядом с ними.

Долбаные пельмени. Это было так мило и в то же время удручающе. Я никогда не встречалась ни с кем, кто заботился бы о мне настолько, чтобы помнить мою любимую еду (макароны), не говоря уже о том, чтобы покупать мне их в несколько раз больше.

Если бы я не боялась ненароком вызвать дьявола (спасибо моей Лоле, которая приложила немало усилий, чтобы внушить страх Божий своим внукам), я бы сделала кукол вуду из своих худших бывших.

С другой стороны ... Я посмотрела на свой ноутбук.

У меня было кое-что получше, чем куклы вуду. У меня были свои слова.

— Знаешь что? Может быть... — Я выпрямилась, мои пальцы уже двигались, прежде чем мой мозг успел сообразить. — Я могу каким-то образом включить свидание Данте и Вив в свою книгу.

Это была та часть, которая мне нравилась в писательстве. Яркие моменты, которые раскрыли новые разделы истории, приблизив ее к завершению.

Волнение, движение, прогресс.

Прошла неделя с момента звонка Габриэля. Мне еще предстояло набрать свое ежедневное количество слов, но я была уже ближе. В то утро я написала целых восемнадцать сотен слов, и если бы я втиснула еще тысячу или около того до окончания вечера кино, я бы достигла своей цели.

Брови Слоан нахмурились.

— Пельмени в эротическом триллере?

— Просто потому, что это не было сделано, не означает, что этого не может быть.