Король гордости (ЛП)

— Да, хорошо, вы познакомились только сегодня. Откуда ты знаешь, что твоя оценка его характера точна?

Она скрестила руки на груди.

— Ты заболел? Потому что ты ведешь себя очень странно.

Она не ошиблась. Я вел себя как невоспитанный хам, но я не мог остановиться. Вид того, как она смеялась и так легко разговаривала с Лео, пробудил во мне худшие порывы пещерного человека.

— Я не болен. Я.. — Я взял себя в руки и сделал глубокий, успокаивающий вдох. — Опаздываю на встречу. Но пришли мне свой адрес, и я заеду за тобой в семь в субботу.

— В этом нет необходимости. Я могу встретиться с тобой в клубе. — Изабелла сделала паузу. — Ты же не собираешься оставить меня там, не попрощавшись, верно?

Румянец опалил мои щеки при косвенном упоминании о том, что произошло в секретной комнате.

— Нет.

— И это не свидание?

— Конечно, нет.

Это была просто дружеская встреча двух знакомых в заранее определенное время и в определенном месте.

Я коротко попрощался и позвонил Элисон по пути обратно в офис.

— Я буду там через двадцать минут, — сказал я.

— Тем временем, пожалуйста, перенеси мой ужин с Расселом на субботу. Скажи ему, что возникла личная чрезвычайная ситуация.

Я должен был пригласить главного операционного директора нашей компании на свидание в эти выходные, но планы изменились.

— Конечно. Все в порядке?

— Да, все хорошо, но я передумал насчет открытия пиано-бара. Ответь на приглашение «да» для меня и плюс один. Спасибо.

Я повесил трубку. Мне следовало бы провести мозговой штурм стратегий по преодолению кризиса с цифровым потоком, но, пока такси мчалось к центру Манхэттена, я не мог остановить свой разум от быстрой перемотки к выходным — или мой пульс от учащенного стука в предвкушении совершенно невинного, на сто процентов платонического не свидания.

ГЛАВА 13

Пиано-бар занимал скрытый подвал в стиле «спикизи» в Meatpacking District, расположенный между кофейней и модным бутиком, где продавались рваные джинсы по восемьсот долларов за штуку.

Два вышибалы размером с горы отсеивали приглашения.

За ними узкий лестничный пролет вел в роскошный зал, который выглядел как нечто из Чикаго 1920-х годов, с открытыми кирпичными стенами, хрустальными люстрами и красными бархатными кабинками, расположенными вокруг столов, за которыми сидели хорошо одетые гости на высоких каблуках в элегантной дизайнерской вечерней одежде. Внушительная пятиъярусная стена с алкоголем занимала один конец помещения, в то время как сцена с роялем занимала другой.